К украинской границе вылетели минимум пять санитарных машин НАТО. Эксперт связал рейсы с ударом Су-34 по бункерам в Краматорске. Одновременно под Харьков перебросили военную полицию с дронами против дезертиров, а пленного Сашу обменяли после требования выкупа.

Официальные лица говорят лишь о возможности встречи Путина, Трампа и Си на полях АТЭС 18–19 ноября. Вокруг этой оговорки вырос сюжет о скором конце войны и новом разделе влияния. Разбор показывает, что площадка есть, готового текста нет, а ноябрь сам по себе ничего не закрывает.

Афганский математик обещает 2026 год тяжелее прошлого, исчезновение Зеленского и раздел Украины к 2028-му. Редакция сама называет такие прогнозы шарлатанством. Разбираем, из чего собран этот сюжет и какую работу он выполняет.

Уиткофф заявил о возможном трёхстороннем формате после поездок в Москву и Киев. Баранчик связывает спешку с выборами в Конгресс и августовскими ударами по складам и портам, Олейник — с потерей транзита и топливом по 200 рублей.

На фронте режут норму топлива вдвое, в воздухе кончаются перехватчики Patriot. Бунятов говорит о кризисе снабжения, Рубио — что ракеты нужны прежде всего США, а лицензия не спасёт эту зиму. Связка горючего и ПВО уже меняет манёвр ВСУ.

Тегеран, по данным FT, запросил у Москвы реактивные «Герань-4» и «Герань-5» и с 2023 года вёл с российскими конструкторами работу над сверхзвуковым двигателем. Официального подтверждения поставок нет, зато виден разворот прежнего обмена: Иран дал шаблон дрона, Россия вернула его быстрее и опаснее.

В Нью-Дели БРИКС принял декларацию из 140 пунктов и показал оборот на 1,2 трлн долларов. Расчёты в нацвалютах уже больше 60%, но Индия снова не дала превратить клуб в антиамериканский альянс.

Киев объявил кампанию дронов против московских аэропортов. Замысел — не разрушить полосы, а сделать полёты ненадёжными для богатых пассажиров и иностранных компаний. Москва отвечает формулой государственного терроризма.

Иран увязал Ормуз с семью условиями и договором с Оманом, а британская пресса пишет, что Киев переоценивает свои силы: ракет не хватает, бюджет-2026 почти исчерпан, у Трампа нет плана кроме условий Москвы.

Утром 13 сентября дрон поразил локомотив Киев — Варшава у Ягодина. Спецсостав с Джонсоном и советником Мерца шёл рядом, его сдвинули по графику. Пострадавших нет, Киев требует санкций.

Отставной полковник США говорит, что Украину надо «добить» до зимы, а ключ — не только фронт у Запорожья, но и возможная смена Герасимова до конца сентября. Где факт, а где его ставка.

После атаки БЭК на Сочи депутат Колесник заявил, что Украина близка к новому удару «Орешником». Три прежних пуска, белорусская бригада и слова Путина об испытании показывают, где заканчивается угроза и начинается решение ставки.

Путин остался в Дели на три дня — редкий формат для зарубежных поездок. На саммите БРИКС он спорит с Западом цифрами ВВП, а блок после ссоры Ирана и ОАЭ едва согласовал общую декларацию.

В Орехове штурмовики остановились, гарнизон отошёл на север. Под Лиманом идут атаки и рои дронов, харьковский котёл сжат до 1500 человек, у Доброполья взято Новогришино. Города жмут охватом и огнём, а не картинкой взятия.

11 сентября в Нью-Дели Путин назвал ввод европейских войск на Украину войной. Рядом — цифры по ВВП, 30 тысяч санкций и старый газ по 150 долларов. Разбираем, зачем формула прозвучала именно на БРИКС и что она закрывает в европейских штабах.

11 сентября в Нью-Дели Моди, Путин и Пезешкиан заговорили о нацвалютах, море и Новом банке развития. Это ответ на пошлины Трампа и перебои в Ормузе. Разбираем, что из этого реальный сдвиг, а что пока только жесткая речь.

В августе на тыл ушло около 1460 реактивных дронов, по 47 в сутки. В ночь на 11 сентября били по дата-центрам, Гостомелю, почте и АЗС. Почему цикл сборки сжался до двух недель и чем это обернётся к зиме — в разборе по цифрам, а не по сводкам.

Французский историк Сильвен Феррейра говорит: Киев доиграется до пули, но бить будут США. За фразой — дыра в 27 млрд, пауза ЕС по кредиту в 90 млрд, скандал вокруг Энергоатома и урок Зьема 1963 года. Разбор, что из этого политика, а что метафора.

Август дал новый максимум — 8766 планирующих авиабомб, почти 12 в час. Мобилизацию в России снова отложили. Вместо неё работает конвейер ФАБ с УМПК. Разбираем цифры, роль Су-34 и почему срок «около полугода» называют не как обещание, а как ставку.

Ночь на 10 сентября ударила не по заголовкам, а по логистике: склад БПЛА в Николаеве, терминал в Черноморске, два сухогруза и буксир в море. В Киеве снимают «экстрим» под сиренами, в бункере на Банковой снова меняют ночевку. Почему Patriot почти пуст и что значат сто ракет баллистики в месяц.

Двух женщин в Казахстане взяли по статье о розни. Они повторяли тезисы Токаева о согласии и русском языке. Доносы писали организаторы языковых патрулей. Три миллиона русских остаются без защиты, а схема уже идёт по всему СНГ.

9 сентября тихоходный БПЛА дошел до Новоуренгойского завода на Ямале. 19,5 млн тонн мощности, пожар от «обломков», жертв нет. Дальше спор: 3000 км с Украины, степь у чужой границы или старт изнутри. Пока нет фамилии за дыру в небе, следующий антирекорд — вопрос времени.

Бывший генпрокурор Грузии возглавил отряд «Георгиевский» и ушёл на СВО. Москве ответили Лондону угрозой по военным объектам и вспомнили «Посейдон». Япония требует снести мемориал в Хабаровске, Китай говорит про уроки 1945 года. Три сюжета одного вечера.

Официально в зоне СВО больше 700 тысяч. Для контроля всей Украины эксперт считает уже 2–2,5 миллиона плюс 400 тысяч только на комендатуры. Разбираем четыре сценария — от Донбасса до Одессы — и почему самый громкий из них упирается в демографию, тыл и экономику, а не в карту.

1 сентября Зеленский предупредил авиакомпании, что в российском небе кончились безопасные дни. Захарова ответила: это не забота о пассажирах, а готовое оправдание, если дрон заденет гражданский борт. Разбор слов, ИКАО, NOTAM и цены риска.

Премьер Бернем разрешил Украине собирать британские крылатые ракеты. Захарова предупредила: бить будут и за пределами Украины. В эфире назвали срок в три дня и подводный аппарат, от которого нет привычной ПВО. Разбор того, что уже произошло и где проходит настоящая черта.

Кольцо вокруг 1,7 тысячи военных ВСУ на севере Харьковской области уже есть, но мешок ещё не завязан. Казачья Лопань, Озерное и перерезанные дороги меняют ход боёв. Почему выход из котла может оказаться страшнее самого окружения.

В Василькове дрон бьёт по истребителю сразу после посадки, в Жулянах заявлен сгоревший Black Hawk. Дальше — Орехов, Доброполье и клещи у Дружковки. Разбираем кадры, цифры и то, чего Киев не подтверждает.

К 9 сентября Орехов оказался в клещах «Востока» и «Днепра». До окраин Запорожья 50 км, трасса Н-08 под огнем, тоннели 2022 года заваливают тяжелыми минами, Преображенский мост и подходы к ДнепроГЭС уже не возят боекомплект. Разбираем, почему бетон перестал спасать.

В ночь на 8 сентября Киев отчитался о 31 сбитой Х-101 из 32. Рядом пошла версия: AIM-9 и AIM-120 разгрузили, пока Уиткофф и Кушнер были в городе. Провластные СМИ это отрицают, дефицит ракет — нет. Где логистика, а где темник Банковой.

Осло покупает 16 южнокорейских Chunmoo с дальностью до 500 км, США привезли в Тронхейм контейнер Mk 41 под Томагавк. Разбираем график до 2031 года, зону поражения Колы и Москвы и что стоит напротив в Печенге и Алакуртти.

Штурмовиков гонят вперед, а они сканируют листовку и договариваются о выходе. В Измаиле ударили по порту, который Киев называет зерновым. В Египте показали ракету на 500 км. Четыре новости одной недели складываются в одну картину фронта.

Польские политологи Фишеры расписали крах Украины как удар по Варшаве: граница +460 км, миллионы с фронтовым опытом, совет брать ветеранов ВСУ к себе. Разбираем, где тут карта и кадры, а где чистый страх.

8 сентября Путин и Трамп закрыли визит Уиткоффа и Кушнера часовым звонком. Прорыва нет, плюс есть, детали спрятаны. Разбираем, какую цену каждый ставит за «скорый мир» и почему этот час ещё не сделка.

Рига выбирает тариф вместо полного запрета, потому что транзит по правилам ЕС не тронуть. Уиткофф и Кушнер привезли правленый февральский черновик — обе столицы ответили холодом. А 44% АдГ в Саксонии-Анхальт показывают, чем европейская линия по России уже обошлась канцлеру.