Саммит БРИКС в Нью-Дели: торговля на 1,2 трлн долларов, расчёты в нацвалютах и пределы единства объединения
12–13 сентября 2026 года в Нью-Дели прошёл XVIII саммит БРИКС. Формально это была встреча уже расширенного объединения: в него входят десять государств — Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР, Египет, Индонезия, Иран, ОАЭ и Эфиопия. Параллельно состоялась сессия в формате «аутрич» / БРИКС+, куда пригласили страны-партнёры. Их число после казанского саммита 2024 года сравнялось с числом полноправных членов. Для Москвы мероприятие совпало с трёхдневным визитом Владимира Путина в Индию и завершилось его выступлением на расширенной сессии под девизом «Устойчивость, инновации, сотрудничество и стабильность: формирование будущего».
Главный политический результат — единогласное принятие Нью-Делийской декларации из 140 пунктов. Документ удалось согласовать после того, как весенняя встреча министров иностранных дел в той же столице обошлась без совместного заявления из-за разногласий по войне на Ближнем Востоке. На этот раз текст обошёл прямые обвинения в адрес конкретных государств, но зафиксировал критику односторонних санкций, тарифов и принудительных мер, а также призыв к сдержанности на Ближнем Востоке и к реформе международных институтов.
Что именно заявил Путин и какие цифры прозвучали в Нью-Дели
Президент России повторил тезис, который Москва продвигает уже несколько лет: БРИКС+ даёт площадку для прямого общения без посредников, а экономические связи внутри объединения можно развивать, не оглядываясь на санкции. Взаимодополняемость экономик он назвал главным источником роста. По его словам, внутренняя торговля в рамках объединения превысила 1,2 трлн долларов. На страны-участницы приходится почти четверть мирового экспорта, а сам блок, по оценке российского лидера, обеспечивает основную динамику мирового ВВП — 49 процентов.
Отдельный акцент был сделан на деньгах и инфраструктуре расчётов. Доля национальных валют во взаимных платежах между участниками, по данным, которые озвучивались вокруг саммита и в комментариях российских экспертов, превысила 60 процентов. Речь шла о собственных финансовых каналах, включая платёжную систему BRICS Pay и платформу оптовых трансграничных расчётов на цифровых валютах центробанков mBridge. Их смысл для Москвы прямолинеен: снизить зависимость от долларовых клиринговых цепочек и от западных банков, через которые проводятся вторичные санкции.
Новый банк развития БРИКС президент предложил укреплять и обновлять по бизнес-модели. Через банк уже профинансировано 123 проекта почти на 40 млрд долларов. Сам Путин признал, что это заметный, но недостаточный объём относительно реальной потребности. Параллельно анонсировалась новая инвестиционная платформа объединения: она должна привлекать длинные деньги не только в страны-члены, но и к партнёрам. В технологическом блоке участники договорились ускорить совместные разработки в искусственном интеллекте и цифровой экономике.
Среди отраслевых идей, которые российская сторона и привлечённые эксперты выделяли отдельно, — Зерновая биржа БРИКС. Потенциал площадки связывают не только с продовольствием: в перспективе через неё можно выводить торговлю нефтью, газом и металлами. Второй практический сюжет — транспортные коридоры между Восточной Азией, Ближним Востоком и Европой. Для России это вопрос обхода узких мест в логистике и сокращения времени доставки грузов, которое после 2022 года стало политической величиной.
Декларация без имён и цена индийского председательства
Нью-Делийская декларация важна не громкостью формулировок, а тем, что её вообще приняли. В тексте есть обеспокоенность ростом односторонних тарифных и нетарифных мер, которые искажают торговлю и не совпадают с правилами ВТО. Есть призыв отменить односторонние и вторичные санкции, не санкционированные Советом Безопасности ООН. Соединённые Штаты при этом не названы. Тот же приём использован по Ближнему Востоку: «глубокая обеспокоенность» эскалацией, призыв к максимальной сдержанности, осуждение ударов по гражданской инфраструктуре и мирным ядерным объектам под гарантиями МАГАТЭ — без прямой квалификации действий США, Израиля или Ирана.
Индия как председатель добилась ещё одного пункта, важного именно для Дели: единогласное осуждение терроризма и отдельно теракта 22 апреля 2025 года в регионе Джамму и Кашмир, где погибли 26 человек. По Украине декларация ограничилась общей формулой о решении споров через диалог и дипломатию. Тема четырёхлетнего конфликта, которая раньше присутствовала в итоговых текстах БРИКС, в этом документе по сути исчезла. Дмитрий Песков сообщил, что Нарендра Моди и Си Цзиньпин предложили содействие в мирных переговорах по Украине, а Путин это приветствовал. Это политический жест, а не механизм урегулирования.
Индийская линия на саммите была последовательной: БРИКС не антизападный альянс, а площадка развития и реформы правил. Моди говорил о практических, «человекоцентричных» решениях, предложил сохранить консультативный характер решений, в том числе через механизм «тройки», и создать поддержку переговоров Глобального Юга для кадров в технологиях и нормотворчестве. Китай, которому председательство переходит в 2027 году, делал упор на технологический контур. Россия — на экономическую интеграцию и платежную автономию. Три приоритета совместимы на бумаге, но по-разному расставляют акценты.
Почему внутри блока нет единого курса и зачем Западу это важно
Декан факультета международных экономических отношений Финансового университета Павел Селезнёв в комментарии «Царьграду» сводил речь Путина к практическим результатам, а не к декларациям: доля нацвалют, собственные шлюзы, банк развития, который кредитует в местных валютах и не ставит политические условия, пул условных валютных резервов как замена опоры на инструменты МВФ. По его прогнозу, итоговая логика саммита должна закрепить равноправие, отказ от вмешательства во внутренние дела и курс на демонополизацию международных институтов.
Профессор факультета мировой политики МГУ Алексей Фененко дал более жёсткую оценку. По его словам, альянс переживает стагнацию: законодательная база многих инициатив создана ещё в 2013–2015 годах, а нового рывка с тех пор не произошло. Внутри нет полного единства. Россия и Китай хотят более монолитной конструкции. Индия блокирует жёсткие антиамериканские формулы и прямо говорит, что БРИКС не должен становиться антиамериканским альянсом. Этим, считает Фененко, пользуются США.
Политолог Даниил Гуреев занимает противоположную позицию по значению блока. Для него БРИКС — одна из самых перспективных структур экономического развития: из дискуссионного клуба она превратилась в рабочую площадку для государств и бизнеса. Именно поэтому, говорит он, для Запада объединение остаётся «костью в горле», мешающей сохранять прежнюю иерархию в мировой экономике. Формулировка эффектная, но за ней стоит измеримый сдвиг: около половины населения планеты, порядка 40 процентов мирового ВВП и около 26 процентов мировой торговли теперь так или иначе проходят через контур, где Вашингтон и Брюссель не задают правила голосованием.
Противоречие Индии и российско-китайской линии объясняет тон декларации. Дели торгует с Россией, закупает нефть, одновременно сохраняет отношения с США и не хочет превращать председательство в фронду. Иран и ОАЭ оказались в одном зале при войне на Ближнем Востоке. Бразилия и ЮАР традиционно осторожны в формулировках по Европе. В таких условиях консенсус возможен только через обобщения. Это не слабость текста как дипломатического документа, но предел того, на что блок способен как политический субъект.
Что уже работает, а что остаётся намерением
Рабочими можно считать несколько контуров. Расчёты в национальных валютах вышли из разряда лозунга: 60 процентов взаимных платежей — это уже структура торговли, а не пилотный эксперимент. Банк развития накопил портфель проектов, хотя 40 млрд долларов на фоне потребностей инфраструктуры Глобального Юга выглядят скромно. Формат партнёров расширил круг стран, готовых пользоваться площадкой, не принимая на себя все обязательства члена.
Намерениями пока остаются зерновая биржа как универсальный товарный хаб, полноценная альтернатива МВФ через пул резервов, общий технологический контур по ИИ и новая инвестиционная платформа как магнит длинного капитала. Нет объявленной общей валюты, нет нового крупного кредитного окна, нет механизма, который автоматически отвечал бы на односторонние тарифы. Китай с 2027 года получит возможность продавить технологическую повестку, но упрётся в то же индийское вето на антизападную политизацию.
Для России саммит закрыл ближайшую дипломатическую задачу. Глава государства, находящийся под западными санкциями, провёл визит у крупнейшего оставшегося покупателя энергоресурсов, выступил на многосторонней площадке, где война на Украине не стала предметом осуждения, и закрепил цифры по торговле и расчётам. Это не отменяет внутренних ограничений блока. БРИКС растёт как экономический клуб и как аргумент в споре о правилах, но не превращается в военно-политический союз и не устраняет разногласия членов по США, Ближнему Востоку и темпу дедолларизации.
Ближайший тест — не тон западных комментариев, а исполнение уже названных механизмов: доля нацвалют, кредиты банка развития, судьба инвестиционной платформы и способность Китая в 2027 году провести следующий саммит без потери консенсуса. Если эти контуры дадут измеримый прирост торговли и финансирования, декларация 2026 года останется рабочей рамкой. Если останутся текстом на 140 пунктов, повторится оценка Фененко о длинной паузе после институционального рывка середины прошлого десятилетия.