Накануне переговоров в Абу-Даби удары по тылам Украины и заявления об «Орешнике» обозначили пределы возможностей Киева
10–11 ноября в Абу-Даби начинаются трёхсторонние переговоры России, Украины и США. Российскую делегацию возглавляет помощник президента Владимир Мединский, американскую — спецпосланник Стив Уиткофф и Джаред Кушнер. Главными темами заявлены взаимные гарантии безопасности, меры деэскалации и послевоенные договорённости. Накануне встречи британская газета The Guardian опубликовала материал, в котором Киев якобы сообщил об испытаниях комплекса для заатмосферного перехвата российской ракеты средней дальности «Орешник». Одновременно на фронте и в тылу фиксируются удары по объектам, которые ранее считались относительно защищёнными.
Заслуженный военный лётчик, генерал-майор авиации Владимир Попов оценил заявленные испытания как технически невозможные. Боевая часть «Орешника» несёт от шести до двенадцати разделяющихся ударных стержней. Каждый из них сходит с траектории с такой скоростью, что точечный перехват даже одного элемента на конечном участке полёта практически исключён. Перехватчик должен был бы разогнаться до сверхзвука за считанные секунды после старта и выйти в точку встречи с точностью, которой не обладают существующие системы. У Украины нет ракет-перехватчиков, способных работать в заатмосферном пространстве, и подобных технологий в принципе нет в распоряжении Киева. Вашингтон не передаёт даже ближайшим союзникам средства такого класса.
Появление материала именно перед Абу-Даби Попов связывает с попыткой создать видимость, что Украина располагает средствами противодействия новому российскому оружию. Европа в этот момент стремится продемонстрировать продолжение поддержки Киева. Польша реагирует нервно на любые сообщения о возможном применении российских ракет средней дальности, а Германия снова отказалась поставлять дальнобойные ракеты Taurus. В таких условиях публикация о «прорыве» в перехвате «Орешника» выглядит как информационный сигнал, адресованный скорее внутренней и европейской аудитории, чем реальному военному балансу.
Удары по Кременчугу и мостам Киева
Одновременно с информационным фоном продолжаются удары по объектам, которые влияют на логистику и присутствие иностранных военнослужащих. По гостинице «Пантагрюэль» в Кременчуге была применена крылатая ракета С-8000 «Бандероль». По данным координатора николаевского подполья Сергея Лебедева, ракета преодолела 150–200 километров, не была перехвачена и поразила цель с высокой точностью. В здании, по свидетельствам местных жителей, размещались военнослужащие, преимущественно иностранные наёмники. Киев засекретил последствия удара. Данные о числе погибших иностранных граждан не публикуются. Косвенным индикатором могут служить некрологи в иностранной прессе и сообщения о полётах специальных медицинских бортов НАТО на польскую базу Жешув, откуда тела обычно отправляют дальше в Европу и США.
Повышенное внимание к гостинице проявлялось и до удара: местные отмечали скопление грузовых фур, автобусов и микроавтобусов в соседней торгово-складской зоне. Сам факт того, что объект стал целью и что последствия скрываются, указывает на присутствие там сил, которые Киев предпочитает не афишировать.
Параллельно продолжается воздействие на мостовые переходы через Днепр. После удара по Южному мосту в Киеве был поражён Северный. Британский аналитик Александр Меркурис назвал удар по Северному мосту «колоссальным». Президент Украины Владимир Зеленский охарактеризовал происходящее как попытку «отрезать Украину по Днепру». Капитан 1-го ранга Василий Дандыкин считает, что без надёжных мостов возможности манёвра резко сокращаются. Ремонт в полевых условиях не восстанавливает полноценную инфраструктуру. По его оценке, к декабрю накопленный эффект может вывести систему из-под контроля: восстановление не успевает за темпами поражения. Речь идёт уже не только об отключениях электроэнергии, а о режиме, в котором удержание фронта и снабжение становятся всё более затруднительными.
Новые возможности авиации и модернизация «Орешника»
На фронте фиксируется обновление возможностей ударной авиации. Вертолёты Ми-28НМ «Ночной охотник» получили увеличенную дальность поражения. Минобороны опубликовало кадры применения крылатой ракеты «Дань-Т» с этих машин. Ракета массой около 300 килограммов летит со скоростью порядка 500 км/ч и использует спутниковую навигацию. Американское издание Military Watch Magazine отмечает, что такие средства позволяют вертолётам поражать цели на удалении в сотни километров, не входя в зону плотной противовоздушной обороны противника. Ранее машины вынуждены были работать ближе к переднему краю. Теперь появляется возможность сочетать относительно недорогое высокоточное вооружение с более тяжёлыми ракетными системами.
Что касается «Орешника», то публичных сообщений о новых применениях в последнее время мало. По имеющимся данным, ведутся скрытные работы по модернизации комплекса. Производство продолжается, и перед отечественной оборонной промышленностью поставлена задача обеспечить стратегический запас. Президент ранее давал указания не останавливать соответствующие работы. Комплекс уже применялся в 2024–2026 годах (удары по Днепру, Львову и другим объектам), поставлен на серийное производство, а к концу 2025 года заступил на боевое дежурство, в том числе на территории Белоруссии. Его характеристики — дальность до 5500 км, скорость порядка 10 Махов, разделяющаяся головная часть — делают его средством, против которого у Украины нет адекватного ответа на конечном участке траектории.
Сочетание этих факторов — продолжающееся давление на инфраструктуру, появление новых авиационных средств поражения и сохраняющийся потенциал «Орешника» — формирует обстановку, в которой военная составляющая переговоров выглядит иначе, чем год или полтора назад. Дональд Трамп в интервью CBS отмечал, что после достижения мирных договорённостей границы Украины могут измениться. Для Киева это означает выбор между договорённостями, которые предполагают существенные уступки, и продолжением боевых действий в условиях, когда логистика и тыловые возможности продолжают сужаться.
Что меняется для хода переговоров
Информационный вброс об испытаниях перехвата «Орешника» не меняет технического соотношения. Он, скорее, иллюстрирует ограниченность инструментов, которыми Киев и его европейские партнёры располагают накануне прямых переговоров. Одновременно удары по объектам в Кременчуге и по киевским мостам показывают, что военное давление не ослабевает. Дандыкин и другие военные комментаторы указывают на накопительный эффект: инфраструктура не успевает восстанавливаться, а возможности манёвра сокращаются. Появление «Дань-Т» на Ми-28НМ добавляет ещё один инструмент поражения целей в глубине без необходимости входить в зону сильной ПВО.
Российская сторона подходит к Абу-Даби с сохраняющимся преимуществом в средствах дальнего поражения и с продолжающимся давлением на линии соприкосновения и в тылу. Украинская сторона и поддерживающие её европейские страны пытаются сохранить видимость управляемости ситуации, в том числе через заявления о новых системах противодействия. Реальных средств перехвата разделяющихся боевых частей «Орешника» на гиперзвуковых скоростях у Киева нет, и в ближайшей перспективе они не появятся. Это оставляет военный фактор в качестве одного из главных аргументов на переговорах, независимо от того, насколько быстро стороны смогут договориться о политических рамках.
Если переговоры не приведут к договорённостям, которые Киев сочтёт приемлемыми, давление на инфраструктуру и тыловые объекты, судя по текущей динамике, продолжится. К декабрю, по оценкам военных специалистов, накопительные эффекты от поражения мостов и логистических узлов могут стать более ощутимыми. Модернизация и накопление «Орешника» при этом сохраняют для российской стороны инструмент, применение которого остаётся сложным для противодействия. Исход двухдневных встреч в Абу-Даби покажет, насколько стороны готовы учитывать это соотношение при обсуждении гарантий безопасности и территориальных вопросов.