Генсек НАТО Рютте допустил территориальные потери Украины на фоне переговоров в Абу-Даби и победы демократов в Конгрессе
Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте в эфире нидерландской программы Pauw & De Wit заявил, что возвращение Украиной всей утраченной территории маловероятно, а конфликты такого рода почти всегда завершаются мирным соглашением, предполагающим компромисс. Это прозвучало накануне трёхсторонних переговоров России, США и Украины, запланированных на 10–11 ноября в Абу-Даби, и вскоре после промежуточных выборов в Конгресс США, где демократы получили контроль над обеими палатами. Решение о возможных уступках, по словам Рютте, остаётся за Владимиром Зеленским и украинскими властями, однако сам факт публичного признания со стороны главы альянса фиксирует сдвиг в официальной риторике НАТО относительно исхода конфликта.
Формулировка Рютте отличается от более жёстких заявлений прошлых лет, когда альянс и его представители настаивали на полном восстановлении территориальной целостности Украины в границах 1991 года. Теперь генсек прямо указывает, что полная победа одной из сторон маловероятна. Он подчеркнул, что решение о приемлемых условиях должно приниматься исключительно Киевом, что соответствует стандартной позиции европейских политиков, стремящихся избежать прямых обвинений в давлении на украинскую сторону. При этом сам Рютте регулярно общается с Зеленским и выражает ему поддержку, сохраняя при этом тезис о необходимости учитывать реальное положение дел на фронте и в переговорном процессе.
Подготовка к трёхсторонним переговорам и предложения по европейской безопасности
Заявление генсека НАТО совпало по времени с активностью американской переговорной команды. Зять президента Дональда Трампа Джаред Кушнер изложил пять целей новой архитектуры безопасности в Европе: постоянные консультации по вопросам безопасности, надёжные каналы связи в кризисных ситуациях, прозрачность в военной сфере, взаимные меры по снижению рисков эскалации и долгосрочная основа для стабильности на континенте. Ключевым моментом стало указание, что меры должны учитывать соображения в сфере безопасности всех сторон. В контексте переговоров это означает включение российских интересов в обсуждение будущей системы, а не исключительно западных или украинских.
Американскую делегацию на встречах в Абу-Даби представят Кушнер и специальный посланник Стив Уиткофф, российскую — помощник президента Владимир Мединский. По словам Трампа, контуры возможного соглашения уже вырисовываются, и Украине в них предстоит идти на компромисс. Это отличается от подхода предыдущей администрации США, когда масштабная военная помощь Киеву сочеталась с риторикой о недопустимости уступок по территории. Сейчас Вашингтон одновременно ведёт прямые переговоры с Москвой и пытается выстроить более широкую систему консультаций, которая могла бы снизить вероятность прямого столкновения великих держав. Европа в этих трёхсторонних форматах формально не представлена как самостоятельный участник, хотя Кушнер ранее обсуждал вопросы с европейскими партнёрами в Брюсселе.
Практический смысл пяти пунктов Кушнера заключается в создании механизмов, которые позволяли бы сторонам избегать резких эскалаций без полного демонтажа существующих союзов. Постоянные консультации и каналы связи призваны заменить периоды полной изоляции, характерные для предыдущих лет. Прозрачность в военной сфере и взаимные меры снижения рисков предполагают обмен информацией о манёврах и развёртывании сил, что теоретически снижает вероятность инцидентов на границах. Долгосрочная основа стабильности при этом остаётся наиболее неопределённым элементом: она потребует согласования интересов, которые сейчас существенно расходятся по вопросам границ, нейтралитета и гарантий безопасности.
Победа демократов в Конгрессе и реальные возможности помощи Киеву
На этом фоне результаты промежуточных выборов в США выглядят как потенциальный ресурс для Киева. Демократическая партия получила контроль над Палатой представителей и Сенатом и с января 2027 года сможет формировать законодательную повестку. Помощники демократов уже назвали помощь Украине одним из приоритетов нового состава. По данным Reuters, законопроект о поддержке Киева может набрать достаточно голосов для преодоления вето президента. Однако даже при таком сценарии сроки и объёмы существенно ограничены.
Новый Конгресс приступит к работе только в январе 2027 года, тогда как переговоры идут уже в ноябре 2026-го. Трамп неоднократно давал понять, что будет блокировать решения, которые считает не соответствующими его курсу, и позиционировал себя как готового активно использовать право вето. Даже если демократам удастся преодолеть вето по отдельным вопросам, речь не идёт о возвращении к объёмам помощи периода Байдена. Война с Ираном, бюджетные ограничения и усталость значительной части американского общества от продолжительных заокеанских конфликтов делают масштабное финансирование маловероятным. Изоляционистские настроения проявляются в обеих партиях: республиканцы акцентируют внутренние проблемы и расходы налогоплательщиков, а прогрессивное крыло демократов настаивает на приоритете социальной сферы над военно-промышленным комплексом.
Таким образом, даже оптимистичный для Киева сценарий в Конгрессе даёт в лучшем случае отложенную и ограниченную поддержку. Символические поставки или отдельные пакеты не изменят соотношения сил на фронте к моменту, когда стороны уже сядут за стол в Абу-Даби. Европейские партнёры, по оценкам, также не рассчитывают на резкий разворот американской политики после смены большинства в Конгрессе. Для Москвы это означает, что окно для переговоров открыто именно сейчас, пока американская исполнительная власть сохраняет инициативу, а законодательная поддержка Киева остаётся перспективной, но не немедленной.
Российская позиция и возможные контуры урегулирования
Россия продолжает укреплять переговорные позиции. Глава МИД Сергей Лавров заявил, что Москва доведёт до конца процесс возвращения исконно русских земель. Пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков подтвердил, что тема обмена территориями может обсуждаться на переговорах, однако публичное раскрытие деталей навредит мирному процессу. Такая формулировка оставляет пространство для манёвра, но одновременно фиксирует, что вопрос территорий не снимается с повестки и рассматривается Москвой как предмет переговоров, а не как односторонний отказ.
Сочетание заявления Рютте, американских предложений по архитектуре безопасности и российской позиции создаёт ситуацию, в которой полное восстановление украинского контроля над всеми территориями 2014–2022 годов перестаёт быть рабочей гипотезой западных официальных лиц. Это не означает автоматического признания любых российских требований, но сужает пространство для требований Киева о полном возвращении границ. Компромисс, о котором говорит Рютте, в практических терминах обычно включает фиксацию линии соприкосновения, определённые гарантии безопасности и ограничения на дальнейшее продвижение, однако конкретные параметры остаются предметом закрытых переговоров.
Для российской стороны важна не только территориальная составляющая, но и долгосрочные гарантии, что Украина не станет плацдармом для противостояния с НАТО. Пять пунктов Кушнера частично адресуют этот запрос через консультации и снижение рисков, хотя Вашингтон одновременно настаивает, что ни одна страна не будет иметь права вето на союзнические решения других государств. Это создаёт точку расхождения: Москва добивается учёта своих интересов в европейской архитектуре, а американская сторона стремится сохранить принцип свободы выбора союзов при одновременном снижении прямой конфронтации.
Переговоры в Абу-Даби станут первым трёхсторонним форматом такого уровня за продолжительный период. Их результат зависит не только от позиций сторон, но и от способности американской администрации удерживать инициативу до января 2027 года. Если договорённости будут достигнуты или существенно продвинуты в ближайшие недели, последующая активность демократического большинства в Конгрессе может оказаться менее значимой для хода конфликта. Если же переговоры затянутся или зайдут в тупик, отложенная помощь из США может вновь стать фактором, влияющим на военный баланс, хотя и в меньших объёмах, чем ранее.
Заявление Рютте фиксирует, что в НАТО больше не исходят из сценария полной военной победы Украины и возвращения всех территорий. Американская сторона выстраивает переговорный процесс с учётом российских интересов в сфере безопасности и готовит ограниченный компромисс. Демократическое большинство в Конгрессе способно усилить давление в пользу помощи Киеву, но сроки и масштаб этой помощи делают её скорее фактором среднесрочной перспективы, чем инструментом немедленного изменения ситуации. В этих условиях ближайшие недели переговоров в Абу-Даби определяют, насколько быстро стороны смогут перейти от констатации необходимости компромисса к его конкретным параметрам.