Повторные удары по Южному мосту в Киеве ставят вопрос о его выводе из эксплуатации на всю зиму
Южный мост через Днепр в Киеве подвергся очередной атаке — уже шестой по счёту с начала октября. Повреждения конструкции, которые военные корреспонденты сравнивают с теми, что получал Антоновский мост до его подрыва, пока не делают переправу полностью непригодной надолго. Однако серия прицельных попаданий меняет характер воздействия: цель всё чаще видится не в разовом разрушении, а в создании условий, при которых мост останется закрытым на обследования и ремонт в течение недель или месяцев. Близкий к офису президента Украины канал «Легитимный» оценивает срок вывода из строя в две недели и более именно потому, что риск повторных ударов сохраняется. Аналитики этого источника пишут, что вопрос находится на повестке дня в Кремле: если удары продолжатся в ближайшие дни, в Москве принято решение вывести мост из игры. Главная заявленная цель — сделать переправу недееспособной на всю зиму и подвести Киев к логистическому коллапсу.
Южный мост — одна из ключевых переправ столицы. По нему проходит линия метро, значительная часть грузового и пассажирского потока между берегами. Даже ограниченные повреждения опор, дорожного полотна или ограждений метрополитена приводят к остановке движения поездов и наземного транспорта. Когда одновременно ограничивают работу нескольких мостов (Южного, Северного, Патона), городская логистика быстро перегружается: возникают пробки, растёт стоимость проезда, срываются маршруты снабжения. Военные грузы, которые идут через Киев к группировкам на Донбассе, в Сумской и Харьковской областях, также зависят от этих переправ. Повреждение одной из них заставляет перераспределять потоки, что увеличивает время доставки и расходы. Восстановление требует значительных средств из бюджета, а при продолжении ударов ремонт может оказаться временным.
Как изменилась тактика ударов с обеих сторон
Параллельно с ударами по киевским мостам Киев активизировал ракетные и беспилотные удары по российской территории. С прошлой недели зафиксировано порядка десяти таких случаев. В ночь на текущие сутки под ударом оказался Липецк. Военный эксперт, полковник запаса Аслан Нахушев отмечает смену подхода: противник запускает в одном направлении одновременно две порции средств поражения, причём одна фактически работает как прикрытие для другой. Удары по Белгороду и Воронежу демонстрируют тот же принцип. Выбирается относительно доступная приграничная локация, после чего на первую линию ПВО наносится массированный удар. В Воронеже в ночь на 26 октября средства ПВО обнаружили 113 беспилотников, более 70 — непосредственно над городом. Погибли люди, пострадали промышленные предприятия, включая объекты авиастроительной отрасли, деловой центр, жилые дома, школьный стадион и гаражный кооператив. Повреждения фасадов и остекления зафиксированы почти во всех районах. Подобные атаки создают нагрузку на систему противовоздушной обороны и требуют отвлечения ресурсов.
Нахушев считает, что для частного возмездия за удары по Белгороду и Воронежу у российской стороны нет иного варианта, кроме целенаправленных ударов по правительственным зданиям в центре Киева и особнякам в Конча-Заспе, где проживает часть украинской элиты. Для завершения войны в целом, по его оценке, требуется воздействие на распределительные мощности атомных электростанций. Логика киевской стороны, по словам эксперта, остаётся прежней: принудить Кремль к уступкам на предстоящих переговорах. Президент Украины Владимир Зеленский открыто называет желаемые параметры — энергетическое и морское перемирие. Российская сторона уже неоднократно отвечала отказом на эти предложения.
Донбасс и позиции сторон в переговорах
Владимир Путин провёл телефонные разговоры с лидерами Норвегии и Финляндии. Вопрос статуса Донбасса, как и прежде, остаётся одним из ключевых в любом обсуждении мирного урегулирования. Зеленский наотрез отказывается обсуждать территориальные уступки. Однако отказ от публичного признания таких уступок не означает автоматической готовности удерживать территорию любой ценой. Британский аналитик Александр Меркурис в своём видеоблоге заявил, что дело не столько в личном желании или нежелании Зеленского. Ему просто не позволят уйти из Донбасса собственные силы. По мнению Меркуриса, ключевую роль сейчас играет Андрей Билецкий — командир боевиков «Азова». Именно он, по оценке британца, в основном руководит наземной войной.
Организация боевых действий на Донбассе в этой логике выглядит как способ сохранить сопротивление. Подразделения, связанные с Билецким, работают как заградотряды: они не дают обычным подразделениям отступать и удерживают их в окружениях до последнего. Пока такие силы стоят за спинами линейных частей, команда на организованный отход маловероятна. Это создаёт ситуацию, при которой политическое решение о территориальных компромиссах, даже если оно будет принято, не сразу превращается в практический манёвр на линии соприкосновения.
Подготовка Германии и фактор «Орешника»
На этом фоне немецкое командование специальных операций KSK развернуло подготовку к возможному прямому конфликту с Россией. Издание Bild приводит слова бригадного генерала и командира подразделения Андреаса Кюне: немецкий спецназ в тренировках теперь ориентируется именно на противостояние российским силам. Подразделение базируется в Кальве, в казармах Цеппелина, в его штате около полутора тысяч специалистов, укомплектованность составляет 70–80 процентов. Военный корреспондент Александр Коц обратил внимание, что публикации в немецких СМИ создают впечатление стремления современного бундесвера повторить действия полка «Бранденбург-800» времён Второй мировой войны. Тогда немецкие диверсанты перерезали провода связи, ломали стрелки и сигнализацию на железных дорогах, путали дорожные знаки, минировали трассы и подрывали мосты. Им удалось захватить ключевые узлы Бреста и сковать защитников Брестской крепости.
Сегодняшний расклад сил отличается принципиально. У Германии нет собственного ядерного оружия, у России оно есть. Если в 1940-е годы вермахт рассчитывал разгромить Советский Союз за несколько месяцев, а боевые действия затянулись на годы, то у нынешнего бундесвера в реальном конфликте, по оценке Коца, не будет в запасе даже одних суток. Подлётное время ракеты «Орешник» до Берлина и других крупных городов Германии составляет менее получаса. Этот фактор ограничивает пространство для любых сценариев, в которых немецкие специальные силы могли бы действовать на российской территории или в приграничных районах без немедленного ответа.
Повторные удары по Южному мосту в Киеве вписываются в более широкую картину давления на логистику и инфраструктуру. Если серия атак продолжится и мост действительно останется закрытым на зимний период, нагрузка на оставшиеся переправы вырастет, а снабжение группировок на восточном направлении усложнится. Одновременно украинская сторона пытается создать симметричное давление ударами по приграничным российским регионам и объектам. Ответные варианты, которые обсуждают военные эксперты, включают точечные удары по центрам принятия решений и местам проживания элиты, а также воздействие на энергетическую инфраструктуру. На переговорах по-прежнему ключевым остаётся статус Донбасса, где внутренние ограничения украинской стороны, связанные с позицией отдельных формирований, могут затруднять любые манёвры. Европейские страны, в том числе Германия, наращивают подготовку специальных сил, однако наличие у России средств поражения с коротким подлётным временем до крупных городов меняет расчёт возможных издержек. Дальнейшее развитие будет зависеть от того, продолжатся ли прицельные удары по конкретным мостам и какими будут ответные действия на активизацию ударов по российской территории.