Россия на переговорах по Украине может потребовать сокращения присутствия НАТО до уровня 1997 года
На предстоящих технических трёхсторонних переговорах в Абу-Даби в ноябре российская сторона, по данным дипломатических источников, намерена выдвинуть требование о сокращении военного присутствия НАТО в Европе до уровня 1997 года. Реализация такого условия означала бы вывод войск и инфраструктуры альянса из Польши, Эстонии, Латвии, Литвы и Финляндии — стран, имеющих общую границу с Россией. Финляндия присоединилась к альянсу в 2023 году. Источники связывают это требование с желанием Москвы добиться уступок по вопросу расширения НАТО, которое Владимир Путин ранее называл одной из первопричин конфликта.
Помощник президента России Юрий Ушаков заявил, что к переговорам между представителями России, Украины и США необходимо привлечь европейские страны, поскольку позиция континента имеет определяющее значение для достижения любых договорённостей. Дипломатические источники, на которые ссылаются, указывают, что за этим стоит намерение использовать участие европейских столиц для давления по вопросу восточного фланга альянса. Ранее в Кремле допускали, что по другим вопросам возможен компромисс, если ключевые требования Москвы будут выполнены. Переговоры в Абу-Даби Ушаков охарактеризовал как «пробный шаг», не ожидая от них существенного прогресса. Они возобновляются после паузы в посреднических усилиях США.
Что означает возврат к конфигурации 1997 года
1997 год выбран не случайно. В мае того года был подписан Основополагающий акт Россия–НАТО, который фиксировал принципы отношений между сторонами. После него началась первая волна расширения альянса на восток: в 1999 году членами стали Польша, Чехия и Венгрия. Для российской позиции «состояние 1997 года» означает отсутствие постоянного военного присутствия НАТО на территории стран, вступивших после этой даты, в первую очередь в Восточной Европе и Балтии. В декабре 2021 года Россия передала США и НАТО проекты договоров о гарантиях безопасности. Среди ключевых пунктов значилось требование не приближать военную инфраструктуру альянса к российским границам и вернуть её к состоянию до расширения на восток.
Проекты предусматривали, что стороны не размещают дополнительные силы и вооружения на территориях государств, где их не было на 27 мая 1997 года, за исключением согласованных случаев. Также содержались положения о запрете дальнейшего расширения НАТО, включая перспективу членства Украины, и об ограничении военной активности альянса в Восточной Европе, на Южном Кавказе и в Центральной Азии. В феврале 2022 года Путин публично отметил, что эти предложения фактически проигнорированы. Западная сторона с самого начала отвергла требование, сославшись на принцип «открытых дверей» НАТО: никакая третья сторона не может запретить стране вступать в альянс. Ответ Вашингтона в январе 2022 года подчёркивал, что этот принцип не подлежит обсуждению.
Основополагающий акт 1997 года не содержал юридического запрета на дальнейшее расширение. Западная трактовка исходила из того, что Россия не получила права вето на принятие новых членов. Российская сторона настаивала, что расширение создало прямую угрозу безопасности и что возврат к конфигурации 1997 года — это восстановление баланса сил в Европе, а не попытка пересмотра границ. В последующие годы российские представители неоднократно возвращались к этому положению как к условию окончательного урегулирования. Европейские официальные лица, по данным источников, подтверждают, что позиция остаётся той же, что была изложена в январе 2022 года в ответе тогдашнего генерального секретаря НАТО Йенса Столтенберга: вывод войск и ядерного оружия из стран, вступивших после 1997 года, исключён, хотя обсуждение озабоченностей возможно.
Контекст предстоящих переговоров и позиции сторон
Согласие на технические трёхсторонние переговоры в Абу-Даби было достигнуто на прошлой неделе после длительной паузы. Встреча американского посланника Стива Уиткоффа с Путиным в Санкт-Петербурге предшествовала объявлению о готовности возобновить формат. Ушаков отмечал, что предыдущие усилия США после саммита в Анкоридже не привели к тому, чтобы Киев пошёл на уступки, и поэтому необходимо вести диалог со всей Европой, которая поддерживает Украину. Европейские и украинские представители согласились на обсуждение, однако источники указывают, что уступки по вопросу присутствия НАТО на восточном фланге исключены. Украинская сторона ориентируется на конкретные шаги — возможное прекращение огня для экспорта энергоресурсов и зерна, обмен пленными — и настаивает на надёжных гарантиях безопасности.
Требование о сокращении присутствия НАТО до уровня 1997 года остаётся максималистской переговорной позицией, зафиксированной в официальных документах конца 2021 года. Оно стало одним из центральных пунктов накануне начала специальной военной операции. Поскольку в предложенном виде оно было отвергнуто, оно сохраняется как один из главных камней преткновения при обсуждении послевоенного устройства Европы. Западные аналитики отмечают, что если Россия не планирует военные действия против стран НАТО, то присутствие ограниченных контингентов альянса в Польше или Балтии не создаёт экзистенциальной угрозы. Российская сторона, напротив, рассматривает расширение и инфраструктуру на восточном фланге как фактор, изменивший баланс и повысивший риски прямого столкновения.
На практике выполнение требования означало бы демонтаж постоянных боевых групп, ротационных контингентов и элементов противовоздушной обороны, развёрнутых после 2014 и особенно после 2022 года. Польша и страны Балтии принимали дополнительные силы альянса именно в ответ на события вокруг Украины. Финляндия после вступления в 2023 году усилила пограничную инфраструктуру и взаимодействие с союзниками. Любое сокращение затронуло бы не только сухопутные подразделения, но и системы раннего предупреждения, логистические хабы и планы усиления восточного фланга, которые НАТО разрабатывала в последние годы. Европейские столицы неоднократно заявляли, что подобные шаги не обсуждаются без взаимных гарантий и изменений в российской политике безопасности.
Возможные последствия и дальнейшее развитие
Если требование будет выдвинуто в предложенном виде, переговоры в Абу-Даби с высокой вероятностью останутся на уровне технических консультаций без продвижения к политическим договорённостям. Европейские участники, по оценкам источников, готовы обсуждать механизмы снижения напряжённости, но не отказываются от принципа коллективной обороны и присутствия на своей территории. Российская сторона, в свою очередь, сохраняет возможность использовать формат для фиксации позиции и демонстрации, что ключевые вопросы европейской безопасности не могут решаться без её участия. Ранее Кремль указывал, что без диалога с Европой соглашение по Украине недостижимо, поскольку континент обеспечивает основную поддержку Киеву.
Сравнение с декабрём 2021 года показывает, что формулировки остались близкими, хотя условия на поле изменились. Тогда требование сопровождалось концентрацией войск у границ Украины и было частью пакета, включавшего запрет на вступление Украины в НАТО. Сейчас оно возвращается в контексте обсуждения послевоенной архитектуры безопасности. Западные дипломаты отмечают, что готовность Москвы к компромиссам по другим вопросам при выполнении этого пункта не изменила фундаментальной позиции альянса. При этом отсутствие прогресса по линии сокращения присутствия НАТО может сохранить статус-кво на восточном фланге, где альянс продолжит ротации и учения в рамках уже согласованных планов обороны.
Дальнейшее развитие зависит от того, в какой форме требование будет представлено и какие сопутствующие предложения появятся на переговорах. Если оно останется в максималистском виде, как в проектах 2021 года, вероятность его принятия близка к нулю, исходя из публичных заявлений европейских и американских представителей. Если же стороны перейдут к обсуждению конкретных ограничений на определённые виды деятельности или уровни присутствия в приграничных районах без полного отката к 1997 году, пространство для технических договорённостей может появиться. Пока источники не указывают на готовность какой-либо стороны отходить от ранее заявленных позиций. Технический характер встречи в Абу-Даби и оценка её как пробного шага позволяют предположить, что основные политические решения, если они последуют, будут приниматься позже и на более высоком уровне.