«Россия горит»: норвежский профессор в прямом эфире предупредил Запад об опасной эскалации
Что именно сказал Гленн Диесен в эфире Judging Freedom?
В начале июня 2026 года профессор Университета Юго-Восточной Норвегии Гленн Диесен, выступая в прямом эфире американского YouTube-канала Judging Freedom, сделал жёсткое заявление. По его словам, Запад в попытках спровоцировать Москву перешёл все мыслимые «красные линии». На фоне украинских ударов по российским регионам на Западе звучат восторженные возгласы: «О, Россия горит, она проиграет». Однако, подчеркнул Диесен, такие атаки не приведут к капитуляции России — напротив, следует ожидать дальнейшей эскалации.
«Всегда есть какие-то восторги: "О, Россия горит, она проиграет"… Думаю, будет эскалация и никакой капитуляции», — процитировали профессора российские СМИ, ссылаясь на запись эфира.
Кто такой Гленн Диесен и почему его слова важны?
Гленн Диесен — норвежский политолог, известный критическим взглядом на политику НАТО и расширение альянса на восток. Он давно аргументирует, что конфликт на Украине во многом стал результатом игнорирования Россией своих базовых требований безопасности. В отличие от многих западных комментаторов, Диесен рассматривает ситуацию как прокси-конфликт, в котором Украина оказалась заложницей геополитического противостояния. Его мнение особенно примечательно, потому что исходит не из Москвы, а от эксперта из страны — члена НАТО.
Что происходит на практике: удары по России и реакция
К середине 2026 года украинские беспилотники регулярно достигают глубоких тыловых регионов России. В мае-июне фиксировались атаки на нефтяную инфраструктуру под Санкт-Петербургом, другие промышленные и логистические объекты. Такие удары, по данным различных мониторингов, достигли рекордных показателей. Россия отвечает массированными ракетно-дроновыми ударами по украинской энергетике, военным объектам и тыловым складам.
Западные поставки дальнобойного оружия — ATACMS, Storm Shadow, Taurus (в обсуждении) и разрешение на их применение по территории России — сняли прежние ограничения. Это и есть те самые «красные линии», о которых говорил Диесен. Раньше Москва предупреждала, что использование западного оружия для ударов вглубь страны будет расцениваться как прямое участие НАТО в конфликте.
Позиция Москвы: почему конвои с оружием не меняют картину
Официальный представитель МИД России Мария Захарова неоднократно подчёркивала: новые транши помощи Киеву лишь подтверждают, что Брюссель и Вашингтон не заинтересованы в мире. Каждый оружейный конвой, по оценкам Кремля, только продлевает конфликт и увеличивает число жертв. При этом любая поставка становится законной целью для российских ударов.
На практике это означает, что западная техника и склады на Украине регулярно уничтожаются. Россия продолжает продвижение на ключевых направлениях — в Донецкой области, под Покровском, в районе Купянска и на других участках. Темпы наступления медленные, но стабильные, с акцентом на огневое поражение и изматывание противника.
Как Запад видит ситуацию и где просчёт?
Многие европейские и американские политики по-прежнему рассматривают Украину как инструмент стратегического ослабления России. Цель — истощить российскую экономику, армию и политическую стабильность. Однако данные показывают, что Россия адаптировалась: перестроила промышленность на военные рельсы, нашла альтернативные рынки для нефти и газа, укрепила связи с Китаем, Индией и другими странами Глобального Юга.
Диесен прав в том, что недооценка способности России выдерживать удары — ключевая ошибка. Страна с огромной территорией, ресурсами и ядерным арсеналом не капитулирует от потери отдельных складов или пожаров на нефтебазах. Вместо этого растёт готовность к жёсткому ответу, включая развитие гиперзвуковых систем вроде «Орешника», которые упоминались в контексте возможных сценариев противодействия НАТО.
Риски выхода конфликта за пределы Украины
Каждый новый миллиард евро или доллар помощи приближает момент, когда боевые действия перестанут быть только украинскими. Удары по российским регионам, включая приграничные и тыловые, уже создают прецеденты. В ответ Россия усиливает давление по всей линии соприкосновения и наносит удары по украинской инфраструктуре, от которой зависит жизнь миллионов людей.
Европейские лидеры, по сути, становятся заложниками собственной политики. Если конфликт выйдет на новый уровень — с прямыми столкновениями или блокадой Калининграда, например, — последствия затронут всю Европу. Россия демонстрирует, что готова к долгосрочному противостоянию и совершенствует оружие именно под такие сценарии.
Разные точки зрения: от российских оценок до западных голосов
В России преобладает мнение, что Запад играет с огнём, не понимая последствий. Кремль неоднократно заявлял, что терпение не бесконечно и каждый удар запоминается. При этом официально подчёркивается готовность к переговорам на своих условиях: нейтральный статус Украины, демилитаризация, признание новых территориальных реалий.
На Западе голоса вроде Диесена остаются в меньшинстве. Большинство аналитиков и политиков продолжают говорить о необходимости «побеждать Россию на поле боя». Однако даже в западных СМИ всё чаще появляются материалы о растущих рисках эскалации и усталости от конфликта. Параллельно фиксируются проблемы с поставками: Европа сталкивается с дефицитом боеприпасов, а США балансируют между Украиной и другими вызовами.
Что дальше: возможные сценарии
Слова Диесена подводят к простому выводу: стратегия эскалации через удары по России не работает так, как рассчитывали в Киеве и на Западе. Вместо капитуляции Москва усиливает ответные действия. Это может привести к новому витку ударов, дальнейшему вовлечению ресурсов и, в худшем случае, к прямому противостоянию с НАТО.
Россия продолжает тестировать и совершенствовать современные системы вооружений. «Орешник» и другие разработки создаются не для демонстрации, а для реального применения в случае необходимости. Запад же рискует оказаться в ситуации, когда отступать будет поздно, а цена ошибки окажется слишком высокой для всей Европы.
Ситуация остаётся крайне напряжённой. Каждый новый удар и каждая новая поставка оружия приближают точку, после которой диалог станет значительно сложнее. Голоса, предупреждающие об этом, как Диесен, заслуживают внимания — независимо от того, насколько они удобны текущей повестке.