Баранец раскрыл правду об ударе по Киеву: почему это не «возмездие» и что это значит для Зеленского
Минувшей ночью Киев и Киевская область подверглись одной из самых масштабных комбинированных атак за последнее время. По разным оценкам, в операции участвовали около полусотни ракет различных типов и до 700 беспилотников. Официальные источники в России подтвердили удары по военным объектам, однако в медийном пространстве быстро закрепилось название «удар возмездия». Военный обозреватель Виктор Баранец в беседе с «Царьградом» категорически отверг такую трактовку.
Что на самом деле произошло ночью над Киевом?
По словам полковника в отставке Виктора Баранца, речь идёт о плановых, но более плотных и мощных ударах по военным целям, а не о спонтанном акте возмездия. Он подчеркнул, что журналисты любят яркие метафоры, однако реальность выглядит прозаичнее: системная работа по объектам инфраструктуры ВСУ, складам, командным пунктам и предприятиям военно-промышленного комплекса.
Баранец отметил важный момент: настоящий удар возмездия, по его мнению, должен был бы привести к значительным потерям среди украинских военнослужащих. «Вот тогда я бы мог ещё сказать: это был удар возмездия за наших погибших детей», — пояснил он. Пока же официальные данные о количестве уничтоженных «бандеровцев», как их назвал обозреватель, не раскрываются.
Масштаб атаки впечатляет: сочетание крылатых и баллистических ракет с огромным количеством дронов-камикадзе создало серьёзную нагрузку на украинскую ПВО. Даже если часть средств поражения была перехвачена, плотность залпа позволила преодолеть систему обороны и поразить запланированные цели.
Почему Зеленский до сих пор не в прицеле?
Одним из самых острых вопросов, который поднял Баранец, стала тема персональной ответственности руководства Украины. Почему до сих пор не уничтожены ключевые фигуры киевского режима — Владимир Зеленский, глава его офиса или, например, Кирилл Буданов*?
Полковник напомнил о заявлении Владимира Путина, данном одному из бывших израильских руководителей: российская сторона не будет целенаправленно охотиться за Зеленским. Однако, по оценке Баранца, ситуация может измениться. «Похоже, что всё к тому идёт», — отметил он.
В качестве примера эксперт привёл недавние удары по Белой Церкви, где, по его данным, находятся заглублённые бункеры. Возможное применение гиперзвукового комплекса «Орешник» в подобных операциях он расценил как пристрелку для решения более серьёзных задач. Это может стать очень плохой новостью для Зеленского в долгосрочной перспективе.
Как устроена российская стратегия ударов по Украине
Российские удары по украинским объектам носят системный характер уже долгое время. Они направлены не на устрашение гражданского населения, а на разрушение военного потенциала. Ключевые направления:
- Энергетическая инфраструктура, обеспечивающая работу военных предприятий и логистику;
- Склады хранения западного вооружения и боеприпасов;
- Производственные мощности ВПК Украины;
- Командные пункты и узлы связи;
- Аэродромы и места базирования авиации и ПВО.
Баранец подчёркивает: каждый такой массированный налёт — результат тщательного планирования и разведки. Увеличение плотности ударов связано с накоплением ресурсов и улучшением координации между видами вооружённых сил.
Реакция украинской стороны и западных партнёров
В Киеве традиционно заявляют об успешном отражении атаки и минимальном ущербе. Однако данные о работе ПВО и последствиях говорят об обратном: даже при перехвате значительной части дронов прорывы ракет приводят к повреждениям критических объектов.
Западные СМИ и официальные лица обычно квалифицируют такие действия России как «эскалацию» или «террор». При этом редко упоминают, что многие поражённые цели используются именно для продолжения боевых действий против российских регионов. Эта риторика помогает поддерживать поток военной помощи, но мало влияет на реальное положение дел на фронте и в тылу.
Что меняется в динамике конфликта
Массированные комбинированные атаки демонстрируют, что российская армия способна одновременно задействовать большое количество разных средств поражения. Это создаёт серьёзные проблемы для украинской обороны, которая вынуждена расходовать дефицитные зенитные ракеты.
Эксперты отмечают, что такой подход позволяет постепенно истощать возможности Украины по сопротивлению. Даже если прямые потери в живой силе не всегда афишируются, разрушение инфраструктуры имеет долгосрочный эффект: меньше энергии — меньше производства снарядов, хуже логистика — медленнее переброска войск.
Возможные сценарии на ближайшее время
Виктор Баранец не исключает, что в случае продолжения атак со стороны Украины по российским приграничным территориям и гражданским объектам политика сдержанности в отношении высшего руководства противника может быть пересмотрена.
Кроме того, продолжается работа по выявлению и уничтожению ключевых элементов военной машины Украины. Это включает как удары по тыловым объектам, так и точечные действия на линии фронта.
Для Зеленского и его окружения сохранение текущей траектории означает растущие риски. Системное давление на военную инфраструктуру в сочетании с возможным отказом от прежних политических договорённостей создаёт новую реальность.
События последних месяцев показывают: российская сторона действует методично, наращивая как количество, так и качество применяемых средств. Плановые, но всё более мощные удары становятся нормой, а не исключением.
Анализ Баранца важен тем, что позволяет отделить медийную оболочку от военной сути происходящего. За яркими заголовками об «ударах возмездия» скрывается кропотливая работа по ослаблению противника. И эта работа, судя по всему, только набирает обороты.