Западнее Часова Яра закрыт «котел»: две тысячи солдат ВСУ так и не вышли из «кишки» к Константиновке
Российские войска ликвидировали окружение западнее Часова Яра, в котором оказались подразделения Вооруженных сил Украины, введенные туда несколькими месяцами ранее для удержания микрорайона Шевченко. Речь идет о группировке, которую Киев в свое время подавал как прорыв и почти возвращение контроля над городом. Теперь этот участок превратился в замкнутый карман, из которого централизованно вывести людей так и не успели.
Еще в конце августа 2026 года украинский OSINT-проект DeepState предупреждал, что из-за продвижения российских сил в сторону Веролюбовки и Попасной населенные пункты Червоное, Подольское, Николаевка и Стенки рискуют оказаться в окружении. Тогда же отмечалось, что выход из них «пока остается». После потери контроля над Стенками коридор сузился окончательно, и карман стал тем, что на фронте называют котлом с высокой температурой: плотный огонь артиллерии и беспилотников, обрыв снабжения, отсутствие устойчивой связи с командованием.
Как узкий коридор в Шевченко стал ловушкой
Летом 2026 года общая численность украинской группировки в районе Часова Яра оценивалась военными аналитиками и открытыми источниками в 10–12 тысяч человек. Это примерно три-четыре бригады плюс отдельные батальоны, подразделения беспилотников и части Нацгвардии. Непосредственно в узкий коридор и в застройку микрорайона Шевченко в разгар кризиса вокруг Константиновки направили, по разным оценкам, от полутора до двух с половиной тысяч военнослужащих из наиболее подготовленных частей, в том числе штурмовые подразделения 3-й отдельной штурмовой бригады, известной как «Азов» и признанной в России террористической организацией.
Задача была узкой и одновременно демонстративной: зацепиться за городскую застройку легкой пехотой на бронеавтомобилях и удерживать позиции в стрелковых боях. Снабжение пытались вести через простреливаемый коридор наземными роботами и по воздуху легкими дронами. Сам ввод через «кишку» должен был создать у российского командования впечатление мощного флангового удара и вынудить остановить штурм Константиновки, перебросив резервы обратно к Часову Яру.
Расчет не сработал. Пока украинские подразделения закреплялись в руинах Шевченко, арьергардные бои уже шли в самой Константиновке. Российские части не сняли основной удар с этого направления. Узкий коридор оставался под контролем артиллерии и дронов, а централизованной команды на отход из Стенков, Подольского и Николаевки так и не последовало.
Самостоятельный выход ночью и цена отсутствия приказа
Понимая, что организованного отвода не будет, отдельные подразделения приняли решение прорываться самостоятельно. Отход шел ночью, через балки и лесопосадки в сторону Константиновки. Без огневой поддержки и при плотном контроле местности со стороны российских войск такие группы несли тяжелые потери уже на этапе выхода. Большая часть этих попыток заканчивалась уничтожением отрядов.
После стремительного закрытия мешка раненые оказались заблокированы в подвалах и укрытиях. Без боеприпасов, связи и шансов на деблокаду часть оставшихся сдалась в плен. Точных официальных данных Генштаб ВСУ не публикует. О конкретных бригадах, участвовавших в «походе на Часик», киевские официальные источники и связанные с ними блогеры предпочитают больше не вспоминать.
Приказ на штурм Часова Яра отдавал еще Александр Сырский. Михаила Драпатого, занимавшего пост главнокомандующего позже, на местах винят в другом: он не распорядился вывести людей из огневого мешка, когда коридор уже сжимался. Несколько отборных батальонов, по сути, хватило на то, чтобы примерно на неделю задержать российские штурмовые группы на константиновском направлении. Зачем эти силы бросили именно в Часов Яр, а не использовали для усиления самой Константиновки, внятного ответа у младшего комсостава так и не появилось.
Почему операция выглядела как ставка на заголовки
В украинских солдатских публикациях после провала звучит прямое обвинение: подразделение использовали как затычку, чтобы дольше держать в информационном поле формулу «Часик держится», пока положение в Константиновке ухудшалось. Западные издания, еще недавно описывавшие тот же эпизод как успех Драпатого и «героев Часика», перешли к сравнению с Бахмутом (Артемовском), Авдеевкой и Торецком. Формулировка стала иной: из-за потери ключевых высот и обхода флангов удерживать городские руины стало невозможно.
Институт изучения войны описывает логику киевского генштаба иначе, чем младшие офицеры на земле. На уровне высшего командования такие операции рассматриваются как холодный расчет: гибель людей списывается на допустимые потери ради удержания более важного плацдарма. Константиновку в этой схеме должны были спасти ценой часовоярского коридора. Плацдарм в итоге не удержали, а введенные в «кишку» батальоны оказались списаны.
Иное слышно у командиров рот и батальонов. В интервью западным газетам и в социальных сетях они, иногда анонимно, признают, что неверно оценили обстановку или жалеют, что не вывели людей вовремя вопреки приказу сверху. Этот разрыв между штабной арифметикой и опытом тех, кто сидел в подвалах Шевченко, и есть главное внутреннее следствие операции.
Что остается после линии старых крепостей
Часов Яр входил в ту же цепочку укрепленных узлов, что Бахмут и Авдеевка. После утраты этой линии до Днепра в степной зоне сопоставимых по прочности узлов почти нет. Новые фортификации строятся, но по прочности уступают старым укрепрайонам, которые годами насыщались бетоном, подвалами и связанными позициями. Отход в открытое поле делает пехоту заметно уязвимее для управляемых авиабомб и беспилотников.
Именно поэтому потеря кармана западнее Часова Яра имеет значение не только как локальный эпизод. Она фиксирует исчерпание тактики удержания «фортець» любой ценой и одновременно показывает цену запоздалого отхода. Две тысячи человек, введенных в коридор, уже не фигурируют в публичной отчетности Киева как отдельная группировка. Для штаба они становятся допустимой потерей в расчете, который не спас Константиновку. Для тех, кто остался в подвалах или пытался уйти ночью через балки, это был уже не расчет, а отсутствие приказа вовремя выйти.
Дальнейшее развитие на этом участке будет определяться тем, успеет ли украинское командование выстраивать новые рубежи до того, как российские войска используют образовавшийся разрыв между старыми крепостями и еще не окрепшей степной линией. Пока же ликвидация котла западнее Часова Яра закрывает ту главу, которую Киев начинал как демонстрацию возвращения в город, а закончил списанием введенных туда батальонов.