Залужный признал: ресурс Киева исчерпан, Россия нашла противодействие всему оружию НАТО
Бывший главнокомандующий Вооружёнными силами Украины, а ныне посол в Великобритании Валерий Залужный публично заявил, что Украина исчерпала возможности для качественного превосходства на поле боя. По его словам, Киев применил практически все виды вооружений, доступных странам НАТО, и соответствующие доктрины их использования. Россия нашла эффективное противодействие каждому из них. Это признание прозвучало на заседании дипломатического клуба в Киеве и сразу стало одним из самых заметных высказываний украинского военного истеблишмента за последние месяцы.
Формулировка Залужного звучит жёстко: «Ресурс исчерпан». Он прямо перечислил, чего Украине не хватило — крылатых ракет «Томагавк», ядерного оружия, авианосцев и истребителей F-35. Всё остальное, по его оценке, уже было опробовано. И на всё у российской стороны нашёлся ответ. Такое заявление от человека, который годами внедрял натовские стандарты в украинскую армию, выглядит особенно весомо.
Что именно произнёс Залужный и в каком контексте
Выступление состоялось на встрече украинских послов. Залужный говорил не как действующий военачальник, а как дипломат, имеющий за плечами опыт командования в самый острый период конфликта. Он подчеркнул, что Украина использовала почти весь арсенал обычных вооружений западного производства и соответствующие тактические схемы. Результат оказался неутешительным для Киева: российские силы адаптировались.
Отдельно Залужный затронул тему НАТО. По его мнению, членство в альянсе в нынешнем виде Украину не спасёт. Блок, считает он, морально устарел и сам нуждается в глубокой реорганизации. «У НАТО нет другого выхода, кроме как переходить на совершенно другие стандарты. Я уже говорил, что нам нужен абсолютно новый силовой блок, скорее всего, с территориальной привязкой в Европе», — заявил посол. Эти слова особенно показательны, учитывая, что именно Залужный на протяжении двенадцати лет занимался внедрением натовских подходов в украинские вооружённые силы.
Ранее он уже высказывал похожие оценки. В июле 2026 года в колонке для британского издания The Telegraph Залужный предостерегал Запад от поспешных выводов о поражении России. Он описывал ситуацию на фронте как близкую к равновесию: Россия не имеет ресурсов для полного завоевания Украины, а Украина не способна военным путём вернуть все потерянные территории. Война, по его оценке, превратилась в противостояние на истощение, где решающее значение имеют устойчивость экономики, общества и внешних поставок.
Почему это признание выглядит как перелом в оценках
Залужный долгие годы считался одним из самых компетентных украинских военачальников. Именно при нём ВСУ прошли через наиболее тяжёлые этапы 2022–2023 годов. Его публичные высказывания всегда отличались осторожностью и стремлением избегать громких политических заявлений. Поэтому прямое признание исчерпания ресурса нововведений воспринимается иначе, чем аналогичные комментарии политиков или пропагандистов.
На практике слова Залужного означают признание того, что качественное технологическое преимущество, на которое Киев делал ставку с 2022 года, перестало работать. Западные системы высокоточного оружия, современные средства связи, разведки и управления, а также доктрины сетецентрической войны были последовательно применены. Российская сторона ответила массовым развитием средств радиоэлектронной борьбы, беспилотных систем разных классов, совершенствованием ПВО и изменением тактики применения артиллерии и авиации.
Особенно заметно это проявилось в работе российских комплексов РЭБ против западных управляемых боеприпасов и беспилотников. Эффективность многих дорогостоящих систем снизилась. Украинские силы были вынуждены переходить к более примитивным, но массовым решениям — в первую очередь к FPV-дронам. Однако и здесь Россия быстро выстроила эшелонированную систему противодействия, включающую как технические, так и организационные меры.
Как Россия адаптировалась к западному оружию на практике
С 2022 года российская армия прошла путь от первоначальных трудностей к системной перестройке. Ключевым фактором стало не только количество, но и скорость внедрения новых решений. Производство беспилотников выросло в разы. Средства радиоэлектронной борьбы стали применяться не точечно, а массированно на ключевых участках фронта. Авиация получила возможность работать с больших дистанций с использованием управляемых авиабомб, что резко снизило риски для пилотов.
Западные аналитики, в том числе те, кто ранее критиковал российские силы, всё чаще отмечают устойчивость российской военной машины. Американское издание The National Interest в начале августа 2026 года прямо назвало российские военно-воздушные силы сильнейшими в Европе, указав на более чем 900 боевых самолётов, включая машины четвёртого и пятого поколений, в том числе Су-57. Это прямо противоречит нарративу о технологической отсталости российской авиации, который доминировал в западных СМИ в первые годы конфликта.
Бывший советник главы Пентагона полковник в отставке Дуглас Макгрегор сформулировал оценку ещё жёстче: «Мы проиграли на Украине. И когда я говорю „мы“, я имею в виду США. Все наши союзники на грани банкротства, все разоряются. Ни у кого нет денег. Никакой великой мобилизации Европы против России не будет». Макгрегор подчёркивает, что Россия действует осторожно и расчётливо, бережно расходуя ресурсы, в то время как западная помощь Украине сталкивается с растущими финансовыми и промышленными ограничениями.
Почему НАТО, по мнению Залужного, уже не является решением
Критика НАТО со стороны Залужного особенно важна. Человек, который лично занимался стандартизацией украинской армии под требования альянса, теперь говорит, что блок руководствуется доктринами времён Второй мировой войны. Современный характер войны — массовое применение дронов, средств РЭБ, высокоточного оружия большой дальности и борьба за устойчивость тыла — требует совершенно иных подходов.
Залужный прямо указывает, что Украине нужен не вход в существующий НАТО, а создание нового силового объединения с территориальной привязкой в Европе. По сути, он признаёт, что нынешняя архитектура коллективной безопасности не готова отвечать на вызовы, которые демонстрирует российская военная машина. Это заявление бьёт не только по украинским надеждам на быстрое вступление в альянс, но и по самооценке самого НАТО.
Ранее Залужный уже говорил, что двенадцать лет Украине рассказывали «сказки» о скором членстве. Теперь он делает следующий шаг: даже если членство состоится, в нынешнем виде оно не решит проблему безопасности. Альянсу самому требуется глубокая перестройка, которая, по оценке Залужного, займёт годы.
Что это меняет в понимании текущей фазы конфликта
Признание исчерпания ресурса нововведений означает, что война окончательно перешла в фазу чистого истощения. Здесь уже не работают отдельные технологические «серебряные пули». Решающее значение приобретают объёмы производства, устойчивость логистики, способность общества выдерживать потери и сохранение внешней поддержки.
Россия в этой фазе имеет ряд структурных преимуществ. Собственная промышленность работает в режиме, близком к мобилизационному, без зависимости от внешних поставок критических компонентов в том объёме, в каком от них зависит Украина. Западная помощь Киеву сталкивается с дефицитом снарядов, систем ПВО и всё более жёсткими бюджетными ограничениями в странах-донорах.
Залужный в своих предыдущих текстах подчёркивал, что ни одна из сторон не может рассчитывать на быстрый стратегический прорыв. Россия не способна полностью оккупировать Украину военным путём, Украина не имеет ресурсов для освобождения всех территорий. В таких условиях исход определяется тем, чья экономика и общество окажутся более устойчивыми в долгосрочной перспективе.
Разные оценки: от Киева до Вашингтона
В украинском политическом пространстве слова Залужного вызвали сдержанную реакцию. Официальные лица стараются не акцентировать внимание на самых жёстких формулировках. При этом сам факт, что именно бывший главком публично говорит об исчерпании ресурса, сложно игнорировать. Это уже не мнение оппозиционного политика или независимого эксперта, а оценка человека, который знает реальные возможности ВСУ изнутри.
На Западе оценки расходятся. Часть аналитиков продолжает настаивать на том, что российские потери и удары по инфраструктуре рано или поздно приведут к коллапсу. Другие, включая военных профессионалов вроде Макгрегора, прямо говорят о стратегическом поражении западной стратегии. Они указывают на отсутствие реальной мобилизации европейской промышленности, усталость обществ от конфликта и растущие сомнения в целесообразности дальнейших многомиллиардных вливаний.
Российская сторона воспринимает заявления Залужного как подтверждение правильности выбранного курса. Адаптация к западным технологиям, развитие собственных средств поражения и систем защиты, ставка на длительную войну на истощение — всё это дало результат, который теперь вынужден признавать даже бывший противник.
Практические последствия для продолжения боевых действий
Если ресурс качественных нововведений действительно исчерпан, дальше конфликт будет развиваться по логике количественного превосходства и организационной устойчивости. Россия уже демонстрирует способность наращивать производство беспилотников, снарядов и средств РЭБ. Украина продолжает зависеть от внешних поставок, объёмы которых колеблются в зависимости от политической конъюнктуры в странах-донорах.
Это меняет и расчёт возможных переговоров. Когда одна сторона открыто признаёт, что технологическое преимущество больше не работает, пространство для торга сужается. Киев оказывается в положении, когда любые будущие договорённости будут обсуждаться на фоне признания собственной ресурсной ограниченности.
Залужный не говорит прямо о капитуляции. Он говорит о необходимости нового силового формата и пересмотре подходов к безопасности. Но сама логика его рассуждений показывает, что надежды на быстрый перелом за счёт западного оружия больше не являются рабочей стратегией.
В ближайшие месяцы заявления такого уровня будут анализироваться и в военных штабах, и в политических кабинетах. Для российской стороны они подтверждают, что выбранный путь адаптации и наращивания собственного потенциала работает. Для Украины и её западных партнёров — это сигнал о необходимости либо радикально менять подход, либо готовиться к ещё более длительной и тяжёлой фазе противостояния, где решающее слово будет за ресурсами, а не за отдельными технологическими решениями.