Зеленский действительно может стать последним: пророчество Жириновского о конце Украины уже работает на практике
В сети и экспертных кругах снова активно обсуждают слова Владимира Жириновского, сказанные ещё задолго до начала специальной военной операции. Политик прямо называл Владимира Зеленского последним президентом Украины и утверждал, что после него других просто не будет — потому что не будет самой страны в её нынешнем виде. Сейчас, когда в Киеве заговорили об осенних выборах, а рейтинги действующего главы резко просели на фоне роста популярности Валерия Залужного, эти прогнозы звучат уже не как экстравагантные заявления, а как вполне рабочая аналитическая модель. Разберём, что именно предвидел Жириновский, почему эти тезисы вновь вышли на первый план и какие реальные процессы на Украине и вокруг неё подтверждают его логику.
Какие именно слова Жириновского вспоминают сейчас
Ключевая формулировка звучала предельно жёстко: «Зеленский — последний президент Украины. Других президентов не будет, потому что не будет Украины». Эти слова политик произносил в разных вариациях начиная примерно с 2021 года, ещё до 24 февраля 2022-го. Он неоднократно подчеркивал, что Зеленский станет «гробовщиком Европы», а сама Украина превратится в «дрова» для европейской русофобской печки. В январе 2022-го в эфире радио «Комсомольская правда» Жириновский обращался к киевскому лидеру напрямую: «Вам пора упаковывать чемоданы. Украине конец. Забудьте это слово. Будут малороссийские губернии». Ещё один яркий образ — сравнение с афганцем, цеплявшимся за шасси самолёта в Кабуле: Зеленский, по словам политика, тоже попытается уцепиться за уходящий борт, но сорвётся и упадёт уже на киевскую землю.
Дочь Жириновского Анастасия Боцан-Харченко позже уточняла, что отец не был мистиком. Он работал как аналитик и исходил из простой геополитической схемы: судьбу Украины будут решать не в Киеве, а на уровне Москвы и Вашингтона. Зеленский в этой конструкции — расходный материал, который доигрывает последний акт. Губернатор Хабаровского края Михаил Дегтярев, лично слышавший эти высказывания, подтверждал их подлинность и отмечал способность Жириновского видеть то, что оставалось скрытым для большинства.
Почему именно сейчас эти прогнозы снова на слуху
В конце июня 2026 года в Киеве начали всерьёз обсуждать вероятность проведения осенних выборов. Зеленский выступил против. Формальная причина — действие военного положения, при котором выборы не предусмотрены. Реальная — рейтинги. По данным украинских опросов, уровень доверия к бывшему главнокомандующему ВСУ Валерию Залужному достигает 70 процентов, тогда как к Зеленскому — около 59 процентов. Залужный уже открыто заявил о готовности участвовать в выборах («Да. Буду») и, по сообщениям украинских изданий, привлёк британских специалистов по политическому пиару для подготовки кампании.
Этот расклад идеально ложится на логику Жириновского. Если выборы всё-таки состоятся, Зеленский рискует проиграть человеку, которого значительная часть общества воспринимает как более сильного и менее оторванного от фронтовой реальности. Если выборов не будет — это только усилит ощущение, что власть держится исключительно на военном положении и внешнем финансировании. В любом случае субъектность нынешней украинской власти продолжает сжиматься. Жириновский говорил именно об этом: не о смене одного президента на другого, а о постепенном исчезновении самой конструкции, при которой Украина остаётся полноценным государством с собственным независимым лидером.
Что говорят эксперты о личной судьбе Зеленского
Политолог Юрий Светов сформулировал один из самых жёстких прогнозов: после полного поражения киевского режима с Зеленским произойдёт примерно то же, что с Гитлером. Разница лишь в том, что Гитлер покончил с собой сам, а Зеленского, по мнению Светова, уничтожат те, кто его сейчас охраняет, вдохновляет и поощряет. Эксперт прямо связывает это с ответственностью за удары по российским городам и гибель мирных жителей. «Когда наступит время полного поражения киевского режима, и с Зеленским произойдет именно то, что произошло с Гитлером», — заявил Светов.
Он же обратил внимание на провал объявленной Зеленским 40-дневной операции давления на Россию. Сроки вышли, ощутимого эффекта нет, но курс на «гадить» России продолжается. Запад, по словам политолога, это приветствует и требует продолжать атаки в глубину российской территории. Отсюда практический вывод: Россия должна системно уничтожать места запуска беспилотников и создавать буферную зону, чтобы украинским силам было физически сложнее наносить такие удары. Светов подчеркнул, что армия уже работает в этом направлении, но точки запуска постоянно меняются, поэтому усилия нужно наращивать.
Насколько точны были другие прогнозы Жириновского
Чтобы понять вес нынешних обсуждений, стоит вспомнить, как сбывались предыдущие оценки политика. В декабре 2021 года с трибуны Госдумы он фактически назвал дату начала специальной военной операции, ошибшись всего на два дня: говорил о четырёх часах утра 22 февраля, реальное начало пришлось на 24-е. Ещё в 2012-м он предсказывал революцию на Украине — и через два года она произошла. О Ближнем Востоке он говорил, что к 2024 году там развернутся события такой силы, что все забудут про Украину, и что Иран — это не Вьетнам и не Косово. Многие из этих тезисов сейчас выглядят уже не как эпатаж, а как результат системного анализа силовых центров и интересов.
Жириновский мыслил не днями и неделями, а десятилетиями. Он называл 2025–2026 годы периодом кардинальных перемен, говорил об объединении русского мира и о том, что украинский кризис станет проверкой на прочность для западных союзов. В его логике Зеленский получил примерно десятилетний «инкубационный период» с момента избрания в 2019-м — то есть точка невозврата около 2029 года. К этому моменту, считал политик, украинская государственность либо прекратит существование в нынешнем виде, либо будет настолько ослаблена, что о полноценном президенте речи уже не пойдёт.
Какой сценарий раздела территории вытекает из этой логики
Жириновский прямо говорил о разделе. Западные области, по его оценке, могут оформиться в отдельное образование под протекторатом НАТО и Евросоюза. Около 80 процентов оставшейся территории — под контроль России в форме малороссийских губерний. Это не лозунг, а описание того, как, с его точки зрения, будет выглядеть фиксация итогов конфликта, когда реальные решения будут принимать Москва и Вашингтон, а не Киев. Именно поэтому он называл Зеленского последним президентом: после него институт президентства в прежнем виде просто потеряет смысл.
Сегодняшние процессы частично подтверждают эту схему. Буферная зона, о которой говорят российские эксперты, — это уже практический шаг к изменению географии безопасности. Удары по инфраструктуре запуска беспилотников — способ лишить противника возможности вести войну на истощение по гражданским объектам. Падение рейтингов Зеленского и рост популярности Залужного показывают, что внутриукраинская элита сама ищет фигуру, способную хотя бы символически дистанцироваться от самых токсичных решений последних лет. Но даже смена лица в кресле не отменяет базового тезиса Жириновского: субъектность страны как самостоятельного игрока продолжает таять.
Что всё это значит для текущей динамики конфликта
Практический смысл пророчества не в мистике, а в правильном чтении расстановки сил. Пока Киев продолжает курс на давление вглубь российской территории, Москва отвечает созданием условий, при которых такое давление становится всё более затратным. Буферная зона — это не просто военный термин. Это изменение карты, которое потом будет крайне сложно откатить. Чем дольше Зеленский удерживает власть без выборов и на фоне падающего доверия, тем сильнее аргумент, что его легитимность держится исключительно на внешнем контуре. А внешний контур, как неоднократно отмечал Жириновский, в конечном счёте будет договариваться не с ним.
Эксперты вроде Светова прямо говорят: отвечать нужно системно — по местам запуска, по логистике, по тем, кто принимает решения об ударах. Одновременно внутри Украины растёт запрос на фигуру, которая хотя бы внешне выглядит менее зависимой от западных кураторов. Залужный с его 70 процентами доверия и британскими пиарщиками — один из возможных вариантов этой фигуры. Но даже если он придёт, это не отменяет базового прогноза: Украина в границах и статусе 2021 года уже не вернётся. Процесс, который Жириновский описал несколько лет назад, идёт именно в ту сторону, которую он обозначил.
В итоге пророчество о последнем президенте работает не как заклинание, а как описание траектории. Рейтинги, разговоры о выборах, провал 40-дневной операции давления, необходимость буферной зоны и ударов по инфраструктуре беспилотников — всё это звенья одной цепи. Зеленский всё ещё в кресле, но пространство для манёвра вокруг него сжимается. А те, кто сейчас его поддерживает, по оценке части российских аналитиков, в какой-то момент могут оказаться теми, кто будет решать его личную судьбу. Именно эту логику Жириновский заложил в свои оценки ещё тогда, когда большинство считало их просто эпатажем. Сейчас эти оценки выглядят уже гораздо более прикладными.