Европа… Как много в этом слове для уха русского слилось. Да, именно для этого органа, потому как любить идеализированный райский сад у нас принято больше ушами, воспринимая ими красивые сказки о волшебном крае чудес: крае незапертых дверей, велосипедных дорожек, живописных ветряков, торжества законов и волшебных фей.
Впрочем, надо сказать, что все большие страны в той или иной степени подвержены этой очарованности европейскими садовыми кущами. Взять, к примеру, американскую классическую литературу (потому как на бытовом уровне тяга к Европе сохраняется у обывателя и сейчас): Хемингуэй, Фицджеральд, Дос Пассос — эти великие писатели «потерянного поколения» не просто любовались Старым Светом, они подолгу жили в нём. Шарм старых отелей Парижа, тихих кафе на выложенных брусчаткой улочках городов и шум стройных сосен на залитом солнцем Лазурном берегу пришли в фантазии граждан, в том числе из их романов.
В какой-то степени это легко объяснить: Америка долгое время чувствовала себя провинцией по отношению к Европе, а уж названные выше выходцы с захолустного Среднего Запада с его бескрайними и бесконечными кукурузными полями воспринимали другую сторону Атлантики совсем по-особенному.
Огромный Китай также с большим интересом тянется к необычному по отношению к ним миру. Причём в качестве кладезей европейской культуры и архитектуры для китайцев справедливо выступают Москва и Санкт-Петербург (впрочем, на региональном уровне эту роль выполняет Владивосток).
Так что наши либералы не так уж и одиноки в своём подобострастном томлении по хрусту французской булки и аромату итальянского вина. Однако даже в их среде в последнее время принято отмечать, что Старый Свет уж не тот. Мол, якобы выходцы из разнообразных экзотических стран, тоже жаждущие приобщиться к высокому и по-европейски райскому садово-парковому хозяйству доброго дедушки Борреля, привнесли слишком много нового колорита, который почему-то не очень нравится даже заправским мечтателям и еврофантазёрам.
Но ведь и раньше не то чтобы всё было идеально в тех чудных краях. И даже нельзя сказать, что кто-то скрывал правду о настоящей Европе. Ведь есть же литература, исторические данные и много других скучных, но довольно объективных источников информации.
Настоящую жизнь итальянцев живописно (хотя и вскользь) описал Бунин в рассказе «Господин из Сан-Франциско», а итальянская диаспора в Америке, количественно большая, чем всё население Италии, говорит об истинном положении вещей в этой южной стране лучше любой книги.
Истории про ирландцев, облюбовавших Новый Свет явно не от хорошей жизни, а от голода и угнетения со стороны англичан (да и от скудных природно-климатических условий), тоже широко известны благодаря кинематографу и сформировавшемуся на эту тему фольклору.
Поляки, голландцы, шотландцы, финны, немцы и шведы — все фигурируют в эмигрантских историях, что тянутся уже столетия. Совсем немного критического мышления (буквально капелька!) могло бы подсказать, что европейский сад, видно, не такой уж и райский, раз его собственные жители стремятся его покинуть. Может, там и не сад вовсе, а нечто, местами напоминающее чащобу?
Однако на это нам скажут, что всё описанное происходило в давние времена. Коллективный либерал будет утверждать, что в наши дни Европа прекрасна и идеальна для жизни. И нечего сюда приплетать всяких оборванцев из прошлого, что когда-то атлантическими караванами уплывали за океан.
Что ж, это действительно справедливое замечание. Но прежде позволим себе самую малость: проверить информацию о дне насущном. Ведь есть же данные в прессе и открытых источниках.
Например, австрийское издание eXXpress отмечает, что за последние двадцать лет Германию покинуло больше немцев, чем вернулось за этот же период из-за рубежа. Одновременно с этим в указанный период население страны увеличилось за счёт миграции на 8,7 миллиона человек. Иными словами, коренные немцы уезжают из Германии, стремятся эмигрировать, находят более привлекательные для жизни и работы государства (не секрет, что речь идёт о наиболее образованных, молодых, активных и амбициозных представителях немецкого общества, включая деятелей науки и кадры, выпестованные знаменитой инженерной школой). На смену же им миллионами приезжают афганцы, курды, сирийцы и другие восточные народы. Математика очень простая.
При этом, по разным данным, около трёх миллионов граждан Германии проживает за границей. Конечно, удивительного в этом ничего и нет, однако тенденция хорошо прослеживается: сами немцы не считают свою страну идеальной или по-райски привлекательной и прекрасной. Возможности для профессиональной карьеры и комфортной жизни видятся самым активным из них не в Германии, а в других странах. Связано ли это с политикой современных властей этого государства, включая гостеприимство по отношению к массам чужеземцев и зарождением нового евроколорита? Вопрос, конечно, любопытный, но, кажется, слишком простой, чтобы на него отвечать.
А ведь речь идёт об экономическом локомотиве Европы и самой промышленно развитой стране региона! Что уж говорить, скажем, про Италию. Эта страна на протяжении столетий была демографическим донором для обеих Америк и неиссякаемым источником людей, что разбредались по всему свету, в том числе в виде дешёвой рабочей силы по остальной Европе. И эта сильнейшая итальянская традиция к эмиграции никуда не делась. Итальянцы по-прежнему активно покидают родной полуостров в поисках лучшей жизни на чужбине. Это часть их культурного кода.
Так, только по официальным данным специального государственного реестра по регистрации эмигрантов (даже наличие такой структуры говорит само за себя) Anagrafe degli Italiani Residenti all’Estero (AIRE) за рубежом сейчас проживает более шести с половиной миллионов граждан Италии. Это только те, кто стоит на учёте, то есть самостоятельно и официально зарегистрировались! А ведь достаточно и не столь сознательных граждан.
При этом с 2006 года количество таких официальных итальянских эмигрантов выросло в два раза. Надо ли говорить, что значительная часть эмигрировавших — это молодёжь до 35 лет.
Однако в демографическом весе Италия не сильно теряет, так как в стране проживает более пяти миллионов человек, рождённых за пределами этого государства. Румыния, Марокко, Нигерия, Египет и Бангладеш любезно подставляют своё демографическое плечо.
Впрочем, кто-то возразит и скажет, что, мол, всем известно, что приличные люди тянутся в Великобританию, в Лондон (богатеи всех стран, соединяйтесь!). Вот где настоящая европейская райская жизнь. Идиллическая картина, где счастливые местные англичане и олигархи со всего постсоветского пространства вместе выпивают в пабах и смотрят футбол, болея за любимые команды.
Вот только статистика, эта упрямая вещь, подсказывает, что местные в Соединённом Королевстве не такие уж и радостные. По крайней мере пять с половиной миллионов граждан UK проживает за пределами родного острова. Это восемь процентов от всего населения Туманного Альбиона. И в процентном соотношении эти данные почти такие же, как и в Италии.
При этом у британцев есть большой бонус: им не всегда нужно учить другой язык для успешной эмиграции. К примеру, 1,1 миллиона подданных британской короны проживают в Австралии (а там, как известно, говорят на английском). Ещё по полмиллиона — в Канаде и Соединённых Штатах.
Интересно также, что три четвёртых из покинувших остров в последние годы — моложе 35 лет. И да, в их среде довольно много образованных специалистов.
Связано ли это с упадком островной экономики и расцветом пакистанской культуры в Британии? Мы можем лишь догадываться и наблюдать за фактами.
Туманный остров в любом случае не в минусе. В стране более тринадцати миллионов человек, рождённых за пределами Королевства, что составляет 19 процентов от всего населения государства. В Лондоне доля таковых вообще 44 процента. Так что скучать англичанам не приходится.
Таким образом, даже экономически и политически развитые государства Европы по-прежнему являются довольно заметным источником эмигрантов. И англичане, и итальянцы, и немцы, и другие народы всё ещё уезжают в довольно товарных количествах из своих европейских стран, отражая тем самым положение вещей, при котором, очевидно, не всё так идеально, как нам рисуют либеральные фантазёры и фанатики Запада.
Одновременно с этим происходит новое заселение Старого Света. На смену старым европейцам приходят новые европейцы из стран Африки и Азии. И их количество, исчисляемое десятками миллионов человек, уже фундаментально меняет весь демографический ландшафт Европы.
Сергей Газетный