Признаюсь, политическому обозревателю всегда льстит, когда подмеченные им тенденции находят свое подтверждение и продолжение в последующих событиях.
Две недели назад (из-за определенного затишья на украинском дипломатическом треке в обзорах по нему была сделана пауза) я отметил, что, «дабы подбодрить Зеленского и его подданных, ему устроили парадный тур по ведущим европейским столицам, а “на закуску” — визит в Киев шведского короля: известен пиетет Зеленского и всего украинского общества перед “самым-самым” высшим обществом западных стран, потомственной аристократией и монаршими титулами».
Правда, как стало известно, когда материал был уже отправлен в редакцию, в ходе этого визита случился наверняка очень сильно ударивший по самолюбию Зеленского конфуз: его величество Карл XVI Густав достаточно демонстративно уклонился от рукопожатия с украинским президентом.
Что ж, очередное подтверждение того, что короли тоже люди, со своим характером и политическими взглядами, далеко не всегда совпадающими с позицией их правительств, и ныне скорее являются госслужащими, которым нередко приходится делать то, к чему «душа не лежит» совсем. Впрочем, в такой ситуации на протяжении всей истории человечества зачастую оказывались правители, де-юре обладавшие совершенно абсолютной властью.
Демарш шведского короля во Львове и был адресован скорее не столько Зеленскому, сколько собственным подданным из правительства, настоявшим на протокольной поездке, отправляться в которую его величество совсем не желал.
Но это отнюдь не отменяет сделанного нами две недели назад вывода о том, что монархи остаются действенным политическим инструментом, добавляющим веса тем или иным политическим жестам, особенно если их адресаты питают к потомственной аристократии особый пиетет.
Поэтому вслед за Карлом Густавом на Украину второй раз за полгода пожаловал принц Гарри. Но «главный калибр» Лондон задействовал по другую сторону океана.
Конечно, госвизиты, да ещё и целого британского монарха, с кондачка не совершаются. Они требуют долгой и тщательной подготовки, согласования всех протокольных нюансов и т. п. Но вот точные сроки их проведения, чаще всего, долгое время остаются открытыми, т. к. в графике политических лидеров всегда вероятны непредвиденные изменения.
О визите же Карла в США в апреле пресс-служба Букингемского дворца сообщила 31 марта. В заявлении говорилось, что визит будет приурочен к 250-летию независимости США от Великобритании.
Но в этом случае разве не логично было бы и провести его непосредственно перед юбилеем 4 июля с дальнейшим участием его величества в праздничных мероприятиях (наверняка там ожидается немало высоких зарубежных гостей), что символизировало бы, что тогдашний конфликт двух ветвей англосаксонского народа давно и полностью исчерпан?
В порядке «лирического отступления» мне вспомнилось, как в рассказе «Знатный холостяк» Шерлок Холмс говорит клиенту-американцу: «Я из тех, кто верит, что недомыслие монарха и ошибки министра (имеет в виду английского короля Георга III и его премьер-министра Фредерика Норта. — Авт.), имевшие место в давно минувшие годы, не помешают нашим детям превратиться когда-нибудь в граждан некой огромной страны, у которой будет единый флаг — англо-американский».
В общем, многое указывает на то, что визит был «сдвинут влево», исходя из текущей политической ситуации, а Карл должен был не только потрафить также питающему пиетет перед аристократией Трампу, но и передать важные месседжи. Поводом же вполне могли стать неафишируемые, но всем известные проблемы со здоровьем британского короля и запланированное лечение.
Программным стало выступление Карла III в конгрессе, где он пространно говорил об общих ценностях Великобритании и США, а также всего западного мира, об их глубочайшем сотрудничестве, с очевидным акцентом на необходимость его сохранения и усиления.
Упоминание 11 сентября и задействование тогда 5-й статьи устава НАТО было слегка закамуфлированным, но очевидным ответом на упреки Трампа в отсутствии поддержки союзников в войне в Персидском заливе.
И оказалось, «сегодня, господин спикер, такая же непоколебимая решимость необходима для защиты Украины и ее отважного народа. Она необходима, чтобы добиться поистине справедливого и прочного мира».
В отличие от многих, мне ключевыми в этом пассаже показались не дежурные, в общем, призывы к поддержке Украины, а слова о «поистине» справедливом мире.
Они показывают, что речь идёт об условиях заключения мира. Постулат «давайте просто воевать», т. е. пусть украинцы воюют, насколько их хватит (в буквальном, физическом, смысле), в дискуссии с Трампом за закрытыми дверями не используется, поскольку для него он категорически неприемлем.
Его стараются убедить, что для достижения мира нужно как раз усилить поддержку Киева, дескать, тогда Москва станет сговорчивей и согласится на «справедливый» мир, хотя на самом деле речь идёт о заведомо неприемлемых для России его условиях, а для Киева любая помощь лишь усиливает нежелание идти на любые компромиссы.
Показательна расшифровка по губам разговора Трампа и Карла III во время церемонии встречи на лужайке Белого дома, которую консервативная New York Post (не путать с либеральной New York Times) провела с помощью соответствующего специалиста:
— Прямо сейчас я разговариваю с Путиным. Он хочет войны.
— Мы обсудим это позже.
— У меня такое чувство… если он сделает то, что сказал, он уничтожит все население.
— В следующий раз…
То есть переговорная позиция Трампа с западными партнерами строится на том, что мир лучше заключить сейчас, соглашаясь на условия Анкориджа, т. к. потом может быть гораздо хуже. При этом нельзя исключать, особенно учитывая направленность New York Post, что и комбинация с «чтением по губам» была «плановой».
Другое дело, что когда это британцев волновали «проблемы туземцев», даже «союзников», но ведь есть вещи, которые не говорятся вслух даже за закрытыми дверями, особенно когда реального доверия между сторонами нет. Показательно, что Карл уклонился от этого разговора, вполне вероятно, опасаясь какой-нибудь «подставы».
Во всяком случае, после визита Карла никаких намеков на изменение позиции США не последовало. Стало известно, что телефонные переговоры президентов США и России действительно имели место (и вполне возможно, что разговор действительно был не один).
По словам помощника российского лидера Юрия Ушакова, «Владимир Путин и Дональд Трамп высказали по сути схожие оценки поведения киевского режима во главе с Зеленским, который, подстрекаемый европейцами и при их поддержке, ведет линию на затягивание конфликта».
Трамп же в своей неподражаемой манере поведал, что «в основном говорили об Украине. Очень хороший вышел разговор. Думаю, мы быстро найдем решение. Надеюсь. Думаю, он хотел бы найти решение. И это хорошо».
А дальше: «…Какая война, по-вашему, закончится первой? Это интересный вопрос… Какая война закончится первой? Я не знаю. Возможно, они идут примерно по одному графику. Я думаю, Украина в военном отношении побеждена, хорошо? Вы бы не узнали об этом, читая фейковые новости, но у них было 159 кораблей. Сейчас все корабли под водой...».
Судя по контексту, Трамп имел в виду Иран, но очень похоже, что это «оговорка по Фрейду», а может, и подготовленный «экспромт», формально не дающий повода обвинить его в капитулянстве перед Россией, но доносящий нужный месседж.
Также Трамп сказал, что Путин хотел бы найти решение по завершению войны в Украине, но: «Я думаю, что некоторые люди затруднили ему заключение сделки». То есть снова «ребус», дающий повод для различных толкований, от банального косноязычия до намеков на Зеленского и европейцев, относительно которых, по словам Ушакова, два лидера высказали схожие оценки.
Во всяком случае, никаких намеков на смягчение позиции Белого дома относительно отношений с европейскими союзниками также не последовало, хотя от выпадов в адрес Великобритании он воздерживался (что логично даже для такого «непосредственного» политика, как Трамп, ведь госвизит Карла III ещё не был завершён).
«Почему бы и нет? Италия нам ничем не помогла, а Испания показала себя ужасно», — прокомментировал Трамп информацию о планах значительно сократить американский контингент в этих странах. А вот о решении вывести пять тысяч военнослужащих из Германии в течение следующих шести-двенадцати месяцев Пентагон объявил официально.
Всего ныне американский контингент в этой стране составляет около 40 тыс. человек, но Трамп намекает, что, возможно, это только начало. Отметим, что в этом случае у американцев возникает та же проблема, что и у нас в начале 90-х: где размещать выводимые войска. Если речь идёт о переброске на Ближний Восток, то и там для них нужно создать условия постоянного базирования.
Германии и её канцлеру вообще особенно досталось: «Удивительно, что они используют Ормузский пролив. Мы — нет. Мы его не используем. Он нам не нужен. У нас много нефти. И подождите-ка. А они его используют. Мы — нет. И можно было бы подумать, что они скажут: “Мы с удовольствием вам поможем». Но они этого не сделали, что, я думаю, было очень...”».
Ещё одна цитата: «Канцлер Германии должен уделять больше времени прекращению войны России и Украины (где он оказался полностью неэффективен!) и наведению порядка в своей проблемной стране, особенно в вопросах миграции и энергетики, и меньше времени — вмешательству в действия тех, кто устраняет иранскую ядерную угрозу, тем самым делая мир, включая Германию, более безопасным!»
И ещё до этих тирад в заявлениях самого Мерца появились признаки «исправления», тянущие на сенсацию: «В какой-то момент Украина подпишет соглашение о прекращении огня. Тогда может оказаться, что часть территории Украины больше не будет украинской.
Если Зеленский хочет донести это до своего населения и заручиться поддержкой большинства и ему необходимо провести референдум по этому вопросу, то он должен одновременно сказать народу: “Я открыл для вас путь в Европу”.
Украина не вступит в ЕС, пока продолжается война. Также Киев должен бороться с коррупцией.
У Зеленского была идея вступить в ЕС 1 января 2027 года. Это не сработает. Даже 1 января 2028 года это нереально».
По сути, Мерцем обозначено, что для вступления в ЕС Украина должна заключить мир даже путем официального отказа от территорий, и это, по контексту, может стать платой за мир украинцам со стороны ЕС. Правда, «обещать не значит жениться», с этим «евростраждущие» обитатели незалэжной сталкивались многократно.
А тут ещё дежурное и универсальное, когда нужно «отшить» Украину требование бороться с коррупцией (т. е. с самими собой). Но в любом случае Мерц впервые не подстрекает Зеленского к продолжению войны, а, наоборот, даёт откровенные рекомендации заключать мир на «болезненных» для того условиях и даже предлагает за это плату (но как-нибудь потом).
Критика Трампа, получается, возымела действие, точнее, явная угроза оставить наедине с «разъяренным русским медведем» задолго до 2039 года, к которому они вознамерились превратить бундесвер в «самую сильную армию Европы» (напрашивается мэм: «У нас, немцев, традиция — создавать к 39-му году самую сильную армию Европы»).
Некие подвижки в позиции европейцев (если не всех, то многих) видны и в том, что «сменщиком» уходящего Орбана в роли главного европейского диссидента становится премьер Словакии Роберт Фицо. Раньше он находился в тени венгерского коллеги, и я полагал, что, лишившись главного союзника, и Фицо станет куда как аккуратнее в своей фронде по отношению к ЕС, особенно к его антироссийской позиции.
Но происходит как раз наоборот. Похоже, он действительно становится новым Орбаном в роли «злого следователя», тормозящего те или иные проукраинские проекты ЕС, против которых другим политикам открыто выступить не с руки. Ну и роль коммуникатора с российским руководством также имеет место быть.
«Я встречаюсь с Путиным, и все критикуют меня, а когда я возвращаюсь после встречи с ним, то все в туалетах в Брюсселе спрашивают меня, что он сказал», — разоткровенничался Фицо.
Похоже, и расшифровка разговора Трампа с Карлом III на это указывает: некоторое время назад Владимир Владимирович действительно сказал то, что Зеленский обозначил как двухмесячный ультиматум.
И приближение дедлайна заставило Трампа, которому очень нужен внешнеполитический успех на фоне провала с Ираном, возобновить свои усилия по украинскому треку, включая и нажим на европейцев, которому некоторые, Германия, начали поддаваться.
Но «некоторые», понятно, не означает «все». Англичане и, скажем так, «коалиция реально желающих» продолжают активно продвигать свою линию, понятно, подбадривая и Зеленского, дабы он не поддавался давлению Вашингтона, для которого, как мы неоднократно отмечали, у Трампа и не осталось особых рычагов.
Публикация на минувшей неделе очередных плёнок Миндича оказалась, на мой взгляд, вообще ни о чём — просто детализация одного из эпизодов, в наличии которых украинское общество давно не сомневается, как и в причастности к ним непосредственно Зеленского.
Поэтому и озвученная угроза, что на следующих пленках будет голос жены Зеленского шоком для украинцев (да и остального мира) не станет. Пытаясь поэтапной раскруткой «дела Миндича» дожать Зеленского, организаторы скандала, по сути, реализовали информационную стратегию постепенного раскрытия шокирующей правды, к которой к моменту обнародования общество уже подготовлено и воспринимает ее достаточно спокойно.
Да и заявление Мерца, вероятно, скорее адресовано Трампу: дескать, мы стараемся, но при этом у немецкого канцлера есть отличное понимание, что Зеленский на признание утраты территорий не пойдёт.
Александр Фидель