Против неонацизма и фарисейства с сумочкой


Быть антифашистом, и бороться с неонацизмом и неофашизмом можно по-разному – оружием, словом, законом. Но можно, оказывается, и простой дамской сумочкой. Но бороться, увы, совсем не означает победить это зло. Это всей своей жизнью и доказала Данута Даниэльссон из небольшого городка Векше на юге Швеции.

Случилось это уже больше 35 лет назад, 13 апреля 1985 года. Тогда в СССР только-только начиналась перестройка, и делались первые шаги к ревизии великой победы советского народа на нацизмом и фашизмом в Великой Отечественной войне. Тогда в СССР впервые открыто прозвучало – «не победили бы тогда, сейчас пили бы баварское пиво с сосисками».

А в социал-демократической Швеции все шло своим чередом: левые уже боролись не только за социальные права человека, но и за всевозможные извращения под видом защиты этих прав. Не так, конечно, как сейчас, когда приоритетная защита ЛГБТ-сообщества – мерило всех правозащитных движений, но начиналось все уже тогда. Шла такая демонстрация и в Векше, а противостоять ей вышло не очень большое шествие неонацистов-скинхедов, бритоголовых, в джинсах, кожаных бомберах, тяжелых ботинках и с флагами – неонацистской партии «Nordiska rikspartiet» и государственными шведскими (это чтобы полиция не трогала).

А Данута в ту субботу повела сына-подростка в кондитерскую в центе городка, где продавались пирожные, которые он очень любил. И увидела неонацистов. И ее женское сердце не выдержало, она подбежала к колонне и огрела одного из нациков по голове небольшой дамской сумкой, с который вышла в город.

Ни конкретный 19-летний неонацист, которого звали Сеппо Селуска, ни Данута, ни ее сумочка не пострадали. Зато очень досталось неонацистам. Возмущенные горожане и левые из соседней демонстрации набросились на них с палками и криками «интернационал», стали теснить и избивать. В конце концов их обратили в бегство и загнали не местный вокзал, где «борцы за расовую чистоту» укрылись в туалете, откуда и вызвали полицию чтобы та спасла их. Полиция и спасла, а все получилось крайне символично для всех уличных «борцов»: они сильны, когда их больше и есть возможность напасть со спины.

Но Данута с того момента стала знаменитой на весь мир и, как водится в современном информационном обществе, превратилась в одну из икон антинацистской борьбы. Все дело в том, что присутствовавший на акции фотограф Ханс Рунессон запечатлел момент удара сумочкой, и этот снимок стал в Швеции сначала «фотографией года», а потом и «фото ХХ века».

Самой героине не понравились ни снимок, ни обрушившаяся на нее слава, ни повышенное внимание со стороны общественности, политиков, журналистов. На фото она получилась с короткой неуложенной стрижкой, в каком-то невнятном пиджаке, длинной плиссированной юбке, неудобных туфля и гораздо старше. А ей тогда было всего 38 лет. Кроме того, славословия в ее адрес перемежались с угрозами неонацистов расправиться с нею и ее семьей. А семью она любила больше всего. Ради сына терпела не очень хорошие отношения с охладевшим к ней мужем, работала на нескольких работах и оберегала его назойливого внимания окружающих.

Особую пикантность этому вниманию, пересудам и даже травле придавал тот факт, что Данута (девичья фамилия Сень) была иммигранткой из Польши, и в Швеции до нападения на скинхеда жила всего три года. Дома, в польском городке Гожув-Великопольский, она родила и своего сына и в 1981 году на польском джазовом фестивале познакомилась со шведским спортивным журналистом Бьорном Даниэльссоном («Бизоном»), который был на 22 года ее старше. Они поженились и через год из-за обостряющейся в Польше политической обстановки и наступающей поздней социалистической нищеты перебрались в Швецию, в Векше. Так Данута, неплохо выучила язык, устроилась на несколько работ. Но все замечали, что она страдала от депрессии, иногда была грустной и подавленной, иногда энергичной и предпочитала лишь общество нескольких польских подруг, тоже иммигранток.

А ее реакция на неонацистов на площади была естественным рефлексом защиты и негодования. На всю ее короткую жизнь непосредственно повлияла гитлеровская нацистская оккупация, память об ужасах которой она получила в наследство о матери. В годы войны мать Дануты прятала у себя еврейскую девочку, за что и была отправлена а лагерь смерти «Майданек». Но каким-то чудом ей удалось откупиться и ее направили на принудительные работы в Германию. Оттуда она вернулась с сильно подорванным здоровьем, в том числе, и с психическим расстройством, которое прогрессировало, потому что вдобавок ко всему мужа, отца Дануты, после ее рождения в 1947 году угнали в Сибирь. После всего этого мать не оправилась, и Данута воспитывалась у родственников. А потом полученную в наследство от матери психическую травму тоже лечила в Векше, в госпитале при монастыре Святого Зигфрида.

И в атмосфере «всеобщей славы» Данута смогла прожить только три года. В 1988 году она взяла с собой фотокамеру и поднялась на лифте на самую вершину водонапорной башни в Векше, настояла, чтобы ей открыли дверь и помогли сделать фото города сверху, и бросилась из окна вниз. Ей был всего 41 год. А всем окружающим, кажется, полегчало, потому что, как написала журналистка Любава Малышева, «Швеция получила безобидного мертвого героя, с памятью которого можно делать что угодно, например, выкинуть в мусор».

Но история Дануты Сень-Даниэльссон, ее фото с сумкой, бьющей неонациста, в мусорник не попали, но испытали что-то подобное: стали неотъемлемой частью масскульта. Как нечто похожее случилось со знаменитым фото Эрнесто Че Гевары в берете. И второй всплеск внимания к себе Данута Даниэльссон уже на пике воинствующего феминизма и на волне борьбы за гендерное равенство, когда выросшая в Векше шведская художница и скульптор Сюзанна Арвин в средине 90-х годов прошлого века решила привлечь внимание к судьбе и роли обычных женщин-домохозяек и создала свое первое изображение «шведской тетушки с сумкой в руках». А в 2013 году художница пошла еще дальше и создала скульптуру «С сумочкой как с оружием», образцом для которой послужило знаменитое фото Дануты, бьющей неонациста.

Фотографии шведской тетушки и особенно тетушки, бьющей сумочкой, стали, как сейчас говорят мемами, и к 30-летию поступка Дануты в 2015 году, пять лет назад, в городе Векше решили увековечить его памятником. То есть установить большую скульптуру «С сумочкой как с оружием». Вот тут-то и вскрылись не только нравственная гниль, обычная человеческая подлость, скрытый цинизм и рафинированное фарисейство значительной части якобы «прогрессивного» и «респектабельного демократического» общества и его правящего бюрократического класса, но и из подлинные политические предпочтения и двойные стандарты, удачно скрытые под показными политкорректностью и толерантностью.

Власти Векше выступили против установки памятника у себя в городе. Во-первых, потому, что якобы нельзя ставить монументы, прославляющие насилие. Глава городского совета Векше Ева Йоханссон в интервью американской «Вашингтон Пост» так и сказала: «Безусловно, мы сторонники демократии и свободы слова и мы не любим нацистов. Но мы не можем смириться с ситуацией, когда один человек избивает другого, потому что он ему не нравится».

Во-вторых, – и это особенно омерзительно! – многие шведы, в том числе, и наделенные властью, как видим, встали на защиту конкретного человека, «настоящего шведа-викинга», который-де подвергся насилию со стороны «старой обезумевшей еврейки-иммигрантки». В Швеции опять начали муссировать тему якобы еврейского происхождения Дануты, которая сошла с ума оттого, что нацисты преследовали в концлагерях ее родителей и братьев.

То, что Данута – чистокровная полька, предки которой жили в маленькой деревне на юго-востоке Польши, в Люблинском воеводстве, и только перед рождение дочери ее родители переехали в город Гожув-Великопольский, было доказано расследованием шведской же газеты «Smаlandsposten». Но, с другой стороны, а что бы менялось в этой ситуации, если бы Данута была еврейкой или полуеврейкой? Затем начали муссировать информацию о ее психическом нездоровье и помешательстве, повторять свидетельства очевидцев о том, что Данута, мол, при жизни просто так часто сама себе под нос что-то бормотала или даже кричала на своих воображаемых собеседников.

Ну, а вершиной «толерантности» стала защита «человека, который не нравится». То есть ударенного неонациста Сеппо Селуски, якобы ставшего жертвой «сумасшедшей женщины». А между тем даже краткая биография этого персонажа свидетельствует: он – ментальный убийца. Через полтора года после столкновения с Данутиной сумочкой Сеппо вместе с подельником в Гетеборге пытали и замучили до смерти еврея-гомосексуалиста Людвига Бухвальда, а потом, чтобы скрыть улики, сожгли в собственном доме. За это Сеппо сел на 4 года в тюрягу. После освобождения уже в 1992 году он попытался утопить мужчину арабского происхождения, а в 1995 году был причастен к коллективному убийству гея в Гетеборге. Потом, после очередной отсидки, в 2004 году Сеппо снова убил человека и наконец-то был приговорен к пожизненному заключению. И вот права этого человека многие в Швеции готовы защищать приоритетнее, чем поступок Дануты.

И потому в 1985 году памятник Дануте в Векше установить не удалось. По всей Швеции прокатилась своеобразная акция протеста: неравнодушные шведы вешали на памятники обыкновенные женские сумочки. А петиция об установке памятника набрала более 100 000 подписей, авторы которых утверждали: это памятник не насилию, а смелости. В итоге памятник был установлен. Но как! Скульптора Сюзанну Арвин затравили и придавили разговорами о компромиссе так, что она согласилась не только переименовать памятник, но и изменила лицо героини. Теперь это памятник не Дануте и ее поступку, а называется «Женщина с сумочкой».
Однако неравнодушные люди, желающие жить в свободном обществе, в котором нет места дискриминации и ксенофобий, все равно понимают, что к чему. Журналист Зоралис Перес как-то написал о Дануте: «Представьте, что в вашем городе идет целая колонна воинственно настроенных молодых людей, которые пропагандируют идеи нацизма. Большинство людей в такой ситуации почувствуют страх, неуверенность, злость, может быть, дискомфорт. Я почти уверен, что большинство людей постарается перейти на другую сторону улицы или вообще уйти оттуда. Женщина на снимке, однако, поступила иначе». Памятник в Векше – это и есть памятник этому «иначе», который может подать пример другим людям, сделать их свободнее и чище. Если они, люди, пожелают, конечно…
источник
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите его и нажмите Ctrl+Enter
Также по теме
Добавить комментарий
  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent
Или водите через социальные сети
Свежие новости
Все новости
Новости партнеров
Шольц уже жалеет, что на свет родился! Путин отплатил канцлеру Германии сполна
Дуда догавкался! Россия отправляет Польшу на съедение морозу
Британцы выкусили Калибр! Российский калибр "случайно" прилетел в регион учений кораблей HATO
Неожиданно! Израиль очень просит отключить Россию свои системы РЭБ возле Сирии
Натовские танки будут гореть как спички! Россия закончила испытание революционного оружия
Лучшее за неделю
Фото
День взятия Бастилии
Протасевич был наёмником в неонацистском батальоне «Азов», — КГБ Белоруссии
Российские военные блокировали колонну армии США в Сирии
Броня крепка? Украинские танки в боях на Донбассе разваливаются даже от попаданий мин
Das ist fantastisch: у Юли Навальной есть немецкое гражданство