За сентябрь российская армия освободила свыше 400 квадратных километров, а потери украинских войск на Лиманском направлении превысили 100 тысяч человек
Российские подразделения продолжают наступление сразу на нескольких участках фронта — от Харьковской области и Купянского направления до Донецкой народной республики и Запорожья. Только с начала сентября освобождено более 400 квадратных километров территории, что сопоставимо с площадью Харькова и Полтавы вместе взятыми. За последнюю неделю взяты свыше десятка населённых пунктов. Эти действия сопровождаются высокими потерями украинской стороны: по заявлениям экс-главы пресс-службы Владимира Зеленского Юлии Мендель, за 18 недель боёв только на Лиманском участке ВСУ лишились более 100 тысяч военнослужащих убитыми и ранеными.
Военный блогер Юрий Подоляка оценивает эти цифры как чрезвычайно большие для украинской армии. По его расчётам, каждый квадратный километр обошёлся примерно в 600–700 человек. На отдельных участках соотношение потерь достигло 11 к 1 не в пользу ВСУ. Премьер-министр Польши Дональд Туск 19 сентября заявил, что украинские войска теряют 27 тысяч погибших и раненых ежемесячно. Киев официально эти данные не подтверждает, однако они совпадают с оценками потребности в пополнении: Украине необходимо набирать 30–40 тысяч новобранцев в месяц, чтобы хотя бы частично закрывать возникающие бреши.
Украинская сторона при этом говорит о наступлении «переломного момента». По её утверждениям, за месяц ВСУ «забрали» 51 квадратный километр. Однако собственные околовоенные каналы Киева обращают внимание на обратную динамику: российские силы продвигаются не в одной точке, а сразу на нескольких направлениях. Особенно интенсивные бои идут на северо-востоке Харьковской области, где потери украинских подразделений оцениваются более чем в 960 человек. Каждый новый населённый пункт, перешедший под контроль российских войск, меняет конфигурацию дорог и опорных пунктов, лишая противника возможности манёвра. В отдельных районах уже формируются зоны, в которых украинским частям приходится одновременно удерживать позиции и искать пути выхода из формирующихся ловушек.
Накопительный эффект потерь и растянутого фронта
Главная опасность для ВСУ заключается не только в абсолютных цифрах потерь, но и в их накопительном характере. Чем сильнее сжимается кольцо, тем труднее становится снабжение, ротация и эвакуация раненых. Каждая утраченная территория увеличивает нагрузку на соседние подразделения, а каждая потеря людей уменьшает возможности закрывать возникающие бреши. В результате цена удержания каждой следующей позиции растёт. Украинским командованию приходится одновременно восполнять личный состав, удерживать протяжённую линию фронта и реагировать на давление сразу в нескольких местах. При сохранении нынешней динамики эта задача становится всё более сложной.
Российская сторона также отмечает отдельные проблемы собственного наступления. В попытках занять как можно больше территорий в сжатые сроки иногда не завершается полный цикл: после прорыва не всегда проводится качественное закрепление на новых рубежах. Отдельные комментаторы предлагают вернуть элемент «тумана войны» в публичное освещение событий, чтобы общество не требовало ежедневных громких заголовков в ущерб реальной работе на земле. Приоритетом остаётся адаптация к меняющимся условиям и решение задач по существу, а не ради отчётности.
Удары по энергетике и инфраструктуре Киева
Параллельно с наземными операциями усиливается воздействие на объекты тыла. К ударам по дата-центрам постепенно добавляются атаки на энергетическую инфраструктуру. Недавно были поражены Трипольская ТЭС и ТЭЦ-5 в Киеве. По данным ветерана специальной военной операции с позывным «Осетин», за несколько дней только в столице уничтожено более 25 объектов — заправочные станции, дата-центры, теплоэлектроцентрали, офисные здания и нефтехранилища. Эти действия стали продолжением серии комбинированных атак на столичную агломерацию. В городе фиксируются перебои с электричеством и водоснабжением, а дым от пожаров накрыл улицы из-за антициклона.
Издание The Economist со ссылкой на двух высокопоставленных украинских чиновников прогнозирует, что Киев может оказаться парализован уже к ноябрю. В списке уязвимых объектов оказываются практически все критические системы: энергетическая инфраструктура, водоснабжение, канализационные станции, дата-центры и даже сети супермаркетов. Украинские силовики выражают обеспокоенность появлением новых российских реактивных дронов и баллистических ракет, которые крайне сложно сбивать средствами ПВО.
В то же время опыт предыдущих зим показывает, что Киев ни разу не оставался полностью без энергии. Многолетние удары «растопыренными пальцами» позволили противнику адаптироваться и повысить стойкость инфраструктуры. В 2026 году российские подразделения действуют более системно, однако украинская сторона также не стояла на месте. Поэтому окончательный эффект от текущей кампании будет зависеть от масштаба, регулярности и точности последующих ударов.
Проблемы с парком F-16
Отдельной сложностью для украинской авиации становится техническое состояние истребителей F-16. The Wall Street Journal сообщает, что значительная часть этих самолётов простаивает из-за задержек с техобслуживанием. После 300 часов налёта машинам требуется плановый ремонт. В Бельгии он может занимать до 40 недель, тогда как в США аналогичные работы занимают от двух до шести недель. Если нынешние темпы эксплуатации сохранятся, доступный парк может быть исчерпан к концу года.
Без устойчивой системы противовоздушной обороны в столичном регионе F-16 вынуждены привлекаться к перехвату практически всего — от крылатых ракет до беспилотников. Это приводит к ускоренной выработке ресурса двигателей и ещё больше увеличивает потребность в обслуживании. Ранее украинская сторона и ряд наблюдателей утверждали, что появление американских истребителей существенно ограничит применение российских ФАБов с модулями планирования. На практике этого не произошло.
Что дальше определяет динамику фронта
Текущая ситуация складывается из нескольких взаимосвязанных факторов. Российские войска проводят наступление широким фронтом, лишая противника возможности сосредоточить резервы на одном направлении. Одновременно растут потери ВСУ, которые уже измеряются десятками тысяч в месяц, а система комплектования едва покрывает минимальные потребности. Удары по энергетике и критической инфраструктуре создают дополнительное давление на тыл, хотя полностью парализовать крупный город за короткое время исторически сложно.
Если нынешние темпы продвижения и соотношение потерь сохранятся, украинскому командованию придётся выбирать между удержанием отдельных участков и сохранением боеспособности армии в целом. Каждый следующий месяц при сохранении динамики будет увеличивать разрыв в возможностях сторон. Российская сторона, в свою очередь, сталкивается с необходимостью не только продвигаться, но и надёжно закреплять достигнутые рубежи, чтобы не терять инициативу. От того, насколько успешно обе стороны справятся с этими задачами, зависит конфигурация фронта к наступлению зимы.