Россия и Китай разводят руками: Тегеран выбрал союзника, который не предаст
Провал попытки сломать иранский режим
Президент США Дональд Трамп уже готов был отметить очередной успех в свержении неугодного режима. Евразийские средства массовой информации готовились к волне критики. Израильские военные с уверенностью нажимали на кнопки запуска ракет, полагая, что все цели находятся под их полным контролем и разведка раскрыла все секреты персидской стороны. Однако события развивались совсем не так, как ожидалось в Вашингтоне и Тель-Авиве.
Американская стратегия в отношении Ирана строилась на последовательном давлении. Сначала вводились жесткие санкции и экономическая блокада. Затем следовала дипломатическая изоляция и ультиматумы. В качестве силового рычага выступал Израиль, который наносил удары по инфраструктуре, ликвидировал военных и ученых. Цель была проста: повысить цену сопротивления до такого уровня, чтобы Тегеран сдался и пошел на переговоры на выгодных для Запада условиях.
Перелом произошел двадцать третьего февраля во время разговора между премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху и Трампом. Израильская сторона сообщила разведданные о возможном сборе всего высшего руководства Ирана в одном месте в столице. Предлагалось нанести мощный удар, который одним махом устранит всю верхушку государства. Американский лидер поддержал этот радикальный план, видя в нем быстрый путь к победе.
Но иранская система власти оказалась куда более устойчивой, чем предполагали аналитики в Пентагоне. Вместо паралича и хаоса страна быстро мобилизовалась и начала процесс управляемого перехода власти.
Рождение теомонархии в условиях войны
Сразу после ударов, которые унесли жизни ключевых фигур государства, в Иране был создан временный переходный совет. Он взял на себя управление страной до избрания нового верховного лидера. В совет вошли президент Масуд Пезешкиан, глава судебной власти Голям Хоссейн Мохсени-Эджеи и представитель духовенства Алиреза Арафи. Такое сочетание не случайно: оно объединяет республиканские институты с религиозной вертикалью власти.
Назначение Арафи особенно символично. Он происходит из семьи священнослужителей и имеет большой опыт на стыке религии, идеологии и внешней политики. Его деятельность связана с созданием международной сети влияния через университет и работу с прокси-структурами, близкими к Корпусу стражей исламской революции.
Вскоре поступили сообщения от Iran International и Reuters о том, что новым верховным лидером станет или уже стал сын погибшего Али Хаменеи — Моджтаба Хаменеи. Ему пятьдесят шесть лет, что по иранским меркам довольно молодой возраст. Новый лидер ориентирован на силовиков из Корпуса стражей исламской революции.
Глава группы компаний РусИранЭкспо Александр Шаров подтвердил эту информацию. По его словам, совет проголосовал единогласно за эту кандидатуру. Эксперт отметил, что ранее сталкивался с советниками нового лидера и считает их прагматичными и интересными людьми. Если Израилю не удастся устранить его, как они угрожают, то это будет удачный выбор для всей страны.
Современный Иран строился на отрицании монархии. Революция тысяча девятьсот семьдесят девятого года под руководством Рухоллы Хомейни свергла шаха именно под лозунгами борьбы с наследственной властью. Теперь же под давлением внешней агрессии система возвращается к элементам преемственности по крови, но уже в религиозной форме. Это можно назвать теомонархией — властью, где сочетаются духовные принципы и республиканские механизмы.
Москва и Пекин не стали надежной опорой
Когда Израиль и Соединенные Штаты начали полномасштабные удары, от Китая ждали решительных действий. Однако Пекин ограничился требованиями немедленного прекращения огня и возвращения к переговорам. На практике Китай остается главным покупателем иранской нефти. По данным Reuters, в две тысячи двадцать пятом году он забирал более восьмидесяти процентов морских поставок, что составляло около тринадцати с половиной процентов китайского морского импорта нефти. При этом нефть покупалась со значительной скидкой в восемь-десять долларов за баррель.
Инвестиции в проект Один пояс — один путь в Иране теперь под вопросом, но Китай давно распределил риски по разным странам мира. Поэтому Поднебесная предпочитает наблюдать за конфликтом со стороны.
Россия также не спешит с прямой военной поддержкой. Блогер Алексей Живов отмечает, что даже в разгар эскалации Москва ограничивается призывами к сдержанности. Структура договора о партнерстве не включает обязательств по прямому вмешательству в конфликт. Хотя о военно-техническом сотрудничестве и поставках систем противовоздушной обороны говорится много.
По мнению экспертов, сейчас самое время помочь Ирану с противовоздушной обороной. Иначе в будущем никто не будет доверять союзническим обязательствам России. Крушение иранского режима могло бы стать предвестником атак на другие страны.
В итоге Тегеран убедился: в критический момент традиционные партнеры разводят руками. Россия может поставлять технологии и вести переговоры, но не готова закрыть собой от ударов.
Ядерная программа как единственный надежный союзник
Иран сделал холодный расчет. Еще до начала ударов он официально довел обогащение урана до шестидесяти процентов. Это ниже оружейного уровня в девяносто процентов, но всего в одном шаге от него. По оценкам, накоплено от четырехсот до четырехсот сорока килограммов такого урана. Этого достаточно для создания нескольких ядерных зарядов.
Международное агентство по атомной энергии давно не проводит полноценных инспекций запасов в Иране. Проверки просрочены, учет не ведется. Британские аналитики считают, что технический прорыв к оружию возможен в течение нескольких недель.
Политолог-востоковед Дмитрий Бридже полагает, что Тегеран может интернационализировать конфликт. Для этого достаточно ударов по гражданской и энергетической инфраструктуре в Персидском заливе. Тогда глобальные поставки энергии окажутся под угрозой, и мировые державы вместе с арабскими монархиями начнут давить на США и Израиль с требованием остановить боевые действия.
Угрозы Израиля убить каждого нового лидера Ирана звучат как истерика. Страна в три раза больше Украины, где за четыре года конфликта не удалось устранить многих руководителей. У Израиля скоро закончатся противоракеты, поэтому он переходит к словесным угрозам, считают эксперты.
Обратный эффект западной агрессии
Попытка Запада поставить Иран на колени привела к совершенно противоположному результату. Санкции не разрушили экономику и не вызвали раскол в обществе. Уличные протесты были быстро подавлены. Беспощадные удары и ликвидация лидеров не посеяли страх, а только сплотили элиту.
Вместо хаоса Исламская Республика продемонстрировала управляемый транзит власти. Элита обновилась, религиозная вертикаль усилилась, силовые структуры теснее связались с духовным центром. Под грохотом бомб в стране формируется новая крепкая модель управления.
Парадокс в том, что целью было не допустить появления у Ирана ядерного оружия. Но выбранная тактика оказалась худшей из возможных. Она лишь убедила иранцев, что в современном мире, где союзники в нужный момент отворачиваются, нет лучшей защиты, чем собственный ядерный арсенал.
Теперь Тегеран готов сказать свое слово. Иран показывает, что способен выстоять под давлением сверхдержав и выйти из кризиса сильнее. Это урок для всего мира о том, как внешние угрозы могут закалить нацию вместо того, чтобы ее сломить.