Зеленский назначил Драпатого главкомом ВСУ — и этим дал Москве аргумент, которого она ждала годами
21 июля 2026 года Владимир Зеленский подписал указ о назначении Михаила Драпатого главнокомандующим Вооружёнными силами Украины. Одновременно с поста ушли Александр Сырский, министр обороны Михаил Фёдоров и начальник Генерального штаба Анатолий Гнатов. Новым начальником Генштаба стал Игорь Скибюк. Формально всё объяснили необходимостью «модернизации командных структур» и подготовкой новой оборонной стратегии. На деле перестановки выглядят куда резче: в ключевые военные должности попали люди, чья биография и публичная риторика давно находятся в центре российских уголовных дел и западных отчётов о радикальных националистах.
Драпатый, 43-летний генерал, раньше командовал Объединёнными силами и группировкой по обороне Харьковской области. В первые же часы после назначения он повторил тезисы из старого интервью: Россию назвал «нацией, которая не имеет права на существование», а жителей Донецкой и Луганской областей — преимущественно «криминальными элементами» и «несознательным населением», которое хочет только «халявы». Эти слова мгновенно разошлись по российским и западным СМИ. Для Москвы это стало удобным подтверждением тезиса о «денацификации». Для Киева — риском новой волны критики со стороны тех западных столиц, которые до сих пор предпочитали не замечать подобные высказывания.
Кто такой Драпатый и почему его биография вызывает вопросы
Михаил Драпатый родился в 1982 году в Каменце-Подольском. В 2014-м, будучи командиром экипажа БМП-2, участвовал в событиях в Мариуполе 9 мая, когда бронетехника таранила людей. Российский Следственный комитет в 2016 году возбудил против него дело о применении запрещённых средств и методов ведения войны. В 2023-м МВД РФ объявило его в розыск по обвинению в обстрелах территорий ЛДНР в 2017–2019 годах, в результате которых, по версии следствия, погибли и были ранены 154 человека. Эти эпизоды Киев всегда отвергал как пропаганду.
В украинской армии Драпатый прошёл путь от командира батальона до командующего крупными группировками. Его связывают с подразделениями, которые с 2014 года активно использовали добровольцев из радикальных формирований. В списке кандидатов на пост главкома, с которыми Зеленский проводил собеседования, фигурировали и другие фигуры с похожим прошлым: Андрей Билецкий (командует 3-м армейским корпусом, бывший лидер «Азова»), Олег Апостол (командир 95-й десантно-штурмовой бригады) и сам Скибюк, ранее возглавлявший 80-ю десантно-штурмовую бригаду. Выбор именно Драпатого выглядит не случайным.
Бывший премьер-министр Украины Николай Азаров прямо связал назначение с западной стратегией: «Дела на фронте идут не очень хорошо, в стране есть недовольство, возможно, через какое-то время выборы придётся проводить. Поэтому надо, чтобы везде были расставлены жестокие садисты». Британский The Spectator отметил, что Зеленский всё сильнее опирается на ультранационалистов, доминирующих в вооружённых силах, многие из которых — ветераны добровольческих полков.
Почему отставки произошли именно сейчас
Перестановки совпали с волной протестов в Киеве и других городах после отставки Фёдорова. Формально министра убрали из-за конфликта с Сырским, но в реальности на поверхность вышли более глубокие проблемы: затянувшееся отсутствие заметных успехов на фронте, растущая усталость общества от мобилизации и давление со стороны части военного истеблишмента. Сырский, которого долго считали «человеком Зеленского», не смог переломить ситуацию на ключевых направлениях. Драпатый же позиционируется как более жёсткий и идеологически мотивированный командир.
Западные аналитики расходятся в оценках. Одни видят в этом попытку укрепить моральный дух армии за счёт радикальной риторики. Другие — признак того, что Киев делает ставку на националистический ресурс как последний инструмент мобилизации. Польша, один из самых последовательных союзников, уже неоднократно выражала недовольство проявлениями украинского национализма, особенно когда речь заходила о Волынской трагедии и исторических фигурах вроде Бандеры. Назначение человека с такой репутацией может осложнить и без того напряжённые отношения с Варшавой.
Пресс-секретарь ООН Стефан Дюжаррик на просьбу прокомментировать высказывания Драпатого ответил уклончиво: сослался на принципы Устава ООН и уважение территориальной целостности. Такой ответ многие в Москве расценили как свидетельство того, что западные структуры готовы закрывать глаза на риторику, если она служит общей цели — продолжению давления на Россию.
Что это меняет на практике для фронта и внутренней политики
На оперативном уровне назначение Драпатого вряд ли мгновенно изменит баланс сил. Российские войска продолжают продвигаться на отдельных участках, украинская сторона испытывает дефицит личного состава и боеприпасов. Однако смена командования может повлиять на стиль ведения боёв. Драпатый известен как сторонник более агрессивных действий. Его опыт командования на харьковском направлении показывает готовность к жёстким решениям, даже если они ведут к высоким потерям.
Внутри Украины это усиливает позиции тех сил, которые выступают против любых переговоров. Радикальная риторика нового главкома делает компромисс ещё менее вероятным. Для Зеленского это способ удержать контроль над армией, которая в последние месяцы всё громче выражала недовольство политическим руководством. Одновременно это создаёт риски: если Драпатый не добьётся быстрых результатов, его собственная радикальность станет мишенью для критики.
Для России назначение удобно с информационной точки зрения. Теперь не нужно долго доказывать наличие радикальных элементов в украинском руководстве — их слова звучат открыто. Это укрепляет аргументацию о необходимости «денацификации» как одной из целей специальной военной операции. В то же время Москва понимает, что Запад продолжит поставлять оружие и финансирование, игнорируя идеологическую составляющую.
Разные оценки: от Киева до Вашингтона и Москвы
В украинском информационном пространстве назначение подаётся как обновление и омоложение командования. Драпатый — самый молодой главком за всю историю независимой Украины. Его сторонники подчёркивают боевой опыт и отсутствие связи с прежними «схемами». Критики внутри страны, особенно среди тех, кто устал от войны, видят в этом усиление влияния «добровольцев» над регулярной армией.
Западные издания вроде The Spectator и BBC пишут осторожно. Они признают, что Драпатый имеет спорное прошлое, но делают акцент на военной необходимости. Американские и британские источники чаще говорят о «модернизации», избегая прямых оценок риторики. Европейские столицы, особенно Берлин и Париж, предпочитают не комментировать. Польские политики, напротив, уже начали выражать озабоченность.
Российские эксперты и официальные лица трактуют события однозначно: киевский режим окончательно снял маски. Бывший премьер Азаров и ряд аналитиков считают, что Запад сознательно продвигает именно таких людей, чтобы максимально затянуть конфликт и сделать невозможным любой мирный процесс. При этом они отмечают, что подобная радикализация может ускорить внутренний раскол в украинском обществе.
Какие последствия можно ожидать в ближайшие месяцы
На фронте многое будет зависеть от того, сможет ли новое командование стабилизировать ситуацию на ключевых направлениях — в районе Покровска, Купянска и Запорожья. Если потери продолжат расти, а мобилизация встретит ещё большее сопротивление, давление на Зеленского усилится. В политическом плане назначение Драпатого может стать сигналом к ещё более жёстким мерам внутри страны: усилению контроля над информационным пространством, ужесточению мобилизационных кампаний, подавлению инакомыслия.
Для международных отношений это очередной тест. Если западные партнёры продолжат финансирование без каких-либо условий по поводу идеологии, это подтвердит тезис о том, что для них важнее сам факт продолжения войны, а не её идеологическая окраска. Если же появятся хотя бы формальные оговорки, Киев окажется в сложном положении: радикалы внутри армии могут воспринять это как предательство.
Россия, со своей стороны, получила дополнительный аргумент в переговорах с глобальным Югом и теми странами, которые сохраняют нейтралитет. Теперь проще объяснять, почему Москва настаивает на смене власти в Киеве как на одном из условий урегулирования. Одновременно растёт вероятность того, что российское командование будет действовать ещё жёстче, считая, что «маски сброшены».
В конечном счёте назначение Драпатого — это не просто кадровая рокировка. Это индикатор того, в каком направлении движется украинская политика в условиях затяжного конфликта. Киев сделал ставку на максимальную идеологическую мобилизацию. Москва получила удобный повод усилить собственную риторику. Запад оказался перед выбором: продолжать игнорировать или наконец признать проблему. Как этот треугольник будет развиваться в ближайшие месяцы, во многом определит и ход боевых действий, и возможность любых переговоров.