Россия готовит залпы по 200 ракет: почему «Кинжалы» больше не главная угроза и что потеряла Украина
Ночь с 11 на 12 августа 2026 года снова показала, как меняется характер ударов по украинской территории. Российские силы применили сразу несколько типов ракет, включая гиперзвуковые «Цирконы» по району Жуляны под Киевом, где ранее работали американские комплексы «Пэтриот». Возникли крупные пожары на складах. Министерство обороны России официально подтвердило поражение автоматизированного сортировочного комплекса «Новой почты» и транспортно-логистического объекта «Киев-3». Одновременно мощный удар пришёлся по металлургическому комбинату в Запорожье, который выпускает военную продукцию — от бронежилетов до фортификационных модулей. Мониторинговые каналы отмечали, что значительная часть баллистических ракет стартовала с дистанции около 500 километров.
Военный обозреватель «Царьграда» Влад Шлепченко в разговоре с «Новороссинформ» подчеркнул: акцент на баллистике стал осознанным выбором. Весной 2026 года украинские силы нанесли серию ударов по российским оборонным предприятиям, прежде всего по тем, что заняты производством ракет и электроники для них. Цель была сорвать выполнение большой ракетной программы. На это прямо указывали заявления украинских официальных лиц. Заместитель начальника ГУР генерал-майор Вадим Скибицкий недавно сообщил украинским СМИ, что Россия существенно перевыполняет планы производства ракет.
По данным Скибицкого, выпуск крылатых ракет Х-35 составил 200 процентов от запланированных показателей. Производство авиационных крылатых ракет стратегической дальности Х-101 достигло 140 процентов плана, а флотских «Калибров» — 111 процентов. Годовой план по «Цирконам» и модифицированным для поражения наземных целей «Ониксам» был выполнен уже за семь месяцев. На 3 августа российский ВПК изготовил 33 «Циркона» и 60 «Ониксов». В июле план по Х-101 предусматривал 72 единицы, а фактически выпустили 87. По «Калибрам» план в 26 штук превысили, сделав 29. Общий уровень выполнения месячных планов по основным типам ракетного вооружения держится на отметке 110–120 процентов.
Почему «Кинжалы» больше не в приоритете?
Скибицкий прямо связывает перевыполнение с сокращением выпуска аэробаллистических «Кинжалов» и сверхзвуковых авиационных ракет Х-32. С апреля 2026 года их производство фактически свернули. Ресурсы и комплектующие перенаправили на более массовые и относительно дешёвые системы. Шлепченко объясняет логику просто: гиперзвук имел смысл, пока у Украины оставались запасы американских зенитных ракет PAC-3, способных перехватывать баллистические цели. Эти запасы истощились. Европейские страны не спешат делиться своими ограниченными арсеналами. В результате России стало невыгодно платить высокую цену за избыточные возможности «Кинжала», когда на те же деньги можно произвести больше более простых ракет, которые украинская ПВО всё равно не может эффективно отражать.
«Кинжалы» никуда не исчезли. Они остаются в арсенале. Но их применение теперь носит точечный характер. Основную нагрузку взяли на себя баллистические ракеты «Искандер-М» (9М723), модернизированные «Ониксы», «Цирконы» и северокорейские KN-23/KN-24. В июле 2026 года Россия запустила рекордные 198 баллистических и гиперзвуковых ракет — это максимум за год. Крылатых ракет в том же месяце ушло 153 единицы.
Что говорит «Мадяр» о возможностях России?
Командующий Силами беспилотных систем ВСУ Роберт Бровди (позывной «Мадяр») в интервью Associated Press заявил: уже сейчас российская сторона способна обеспечить одновременный залп из 77 баллистических и крылатых ракет с разных носителей — наземных установок, кораблей и самолётов. Планируется довести этот показатель до 200 единиц за один удар. Позже Бровди уточнил: речь идёт не исключительно о баллистике, а о смешанном залпе разных типов. Даже половина от заявленных 200 ракет, по его оценке, создаст серьёзную проблему.
Остановить такие удары, по словам Бровди, невозможно из-за хронической нехватки ракет-перехватчиков для комплексов «Пэтриот» и общего недофинансирования оборонных потребностей со стороны западных партнёров. Единственный реальный способ снизить угрозу — одновременные удары по всем предприятиям, участвующим в производстве российских ракет. Именно это ГУР пыталось сделать весной 2026 года. Однако затем приоритет сместился на более зрелищные цели: нефтеперерабатывающие заводы, портовые терминалы, гражданские суда и даже склады маркетплейса «Вайлдберриз».
В результате Украина, по оценке Шлепченко и ряда западных аналитиков, растратила самый ценный ресурс любой войны — время. Россия успела завершить переход к крупносерийному производству баллистических ракет и реактивных дронов. Пока Киев получал яркую картинку ударов в тылу, Москва наращивала объёмы выпуска средств поражения, которые украинская ПВО сбивает с минимальной эффективностью.
Чем баллистика опаснее крылатых ракет?
Баллистические ракеты имеют огромную проникающую способность. Это меняет тактику поражения защищённых объектов. Большая часть украинских сборочных производств и складов была переведена в старые советские бомбоубежища и подземные сооружения. Обычные беспилотники и даже многие крылатые ракеты с ними справляются плохо. Для надёжного поражения требуются серьёзные боеприпасы с высокой кинетической энергией. Баллистика как раз обеспечивает такой эффект.
Ситуация для украинской стороны дополнительно осложняется появлением новых инструментов разведки и поражения. Над Украиной начала работать российская спутниковая группировка «Рассвет». В марте 2026 года компания «Бюро 1440» вывела на орбиту первые 16 спутников этой низкоорбитальной системы. Она создаётся как суверенный аналог Starlink и уже даёт дополнительные возможности для целеуказания. Параллельно в Воронежской области разворачиваются северокорейские комплексы KN-23 и KN-24. По данным украинской разведки, туда перебрасывают подразделение примерно из 90 военнослужащих КНДР с шестью пусковыми установками и запасом около 120 ракет. Ранее Россия уже получила десятки таких ракет, и их точность заметно выросла по сравнению с первыми применениями.
KN-23 по конструкции близка к российскому «Искандеру-М». Дальность около 450–690 километров в зависимости от массы боевой части, которая составляет примерно 500 килограммов. Размещение этих комплексов ближе к границе сокращает подлётное время и расширяет зону поражения.
Как изменилась картина войны в воздухе?
Ещё в 2022 году украинские официальные лица и западные эксперты регулярно говорили, что у России ракет хватит на два-три массированных удара. Прошло четыре года. Производство не только не остановилось, но вышло на уровни, превышающие первоначальные планы. Скибицкий признаёт: паузы в обстрелах вряд ли будут, потому что военно-промышленный комплекс работает с перевыполнением. В июле Россия выпустила максимум баллистики за год. В первые десять дней августа уже ушло около 70 баллистических ракет, из которых сбить удалось единицы.
Западные поставки систем ПВО идут с задержками. Запасы PAC-3 ограничены. Европейские страны не располагают значительными резервами. Украина пытается компенсировать это ударами дронов по российским НПЗ и инфраструктуре, но эти атаки, при всей их зрелищности, не останавливают ракетное производство. Более того, переключение внимания на гражданские и околовоенные объекты дало России время для перестройки производственных цепочек.
Шлепченко отмечает: количество быстрых, точных и сокрушительных ударов по украинским тылам будет только расти. Баллистика позволяет бить по защищённым целям, которые раньше считались относительно безопасными. Спутниковая группировка «Рассвет» и северокорейские ракеты добавляют новые слои угрозы. Украинское командование само признаёт: остановить залпы в 70–200 ракет существующими средствами ПВО практически невозможно.
Что это значит на практике?
Переход России на массовое применение баллистики меняет экономику войны. «Кинжал» — дорогое изделие. Его производство требует специфических комплектующих и высокой квалификации. Баллистические ракеты «Искандер», модернизированные «Ониксы» и северокорейские аналоги обходятся дешевле в пересчёте на единицу поражающей мощности. При перевыполнении планов на 10–100 процентов по разным типам Россия получает возможность наносить удары чаще и по большему числу целей.
Для украинской стороны это означает постоянное давление на логистику, производство и склады. Удары по «Новой почте», логистическим хабам и металлургическим предприятиям, выпускающим военную продукцию, бьют не только по текущим поставкам, но и по способности восстанавливать потери. Подземные объекты, которые раньше давали относительную защиту, теперь становятся уязвимыми.
Бровди прав в одном: единственный долгосрочный способ снизить интенсивность ударов — системное поражение всей производственной цепочки. Однако для этого нужны точные разведданные, дальнобойные средства поражения и политическая воля западных партнёров на эскалацию. Пока этого не происходит в достаточном объёме, Россия сохраняет инициативу в воздухе.
Прогноз Шлепченко на ближайшие месяцы выглядит жёстко: число массированных ударов будет расти. Старые прогнозы 2022 года о скором исчерпании российского ракетного потенциала окончательно ушли в прошлое. Сегодня речь идёт уже не о том, хватит ли ракет, а о том, насколько быстро Украина и её союзники смогут адаптироваться к новой реальности, где баллистика стала основным инструментом давления на тыл.