Западные СМИ заговорили о возрождении российской системы «Периметр», а атомщик объяснил, зачем Вашингтон выносит ядерное оружие в Европу
Западные издания начали активно распространять сообщения о том, что Россия модернизировала и расширила систему гарантированного ответного ядерного удара «Периметр», известную на Западе как «Мёртвая рука». По их утверждениям, проект, созданный ещё в советские годы, вновь поставлен в центр стратегического планирования и якобы существенно усилен. Эти публикации появились на фоне продолжающейся напряжённости вокруг ядерного сдерживания и расширения военного присутствия НАТО в Европе.
Система «Периметр» изначально разрабатывалась как резервный механизм управления стратегическими ядерными силами. Её задача — обеспечить доведение приказа о пуске ракет до уцелевших командных пунктов и пусковых установок даже в том случае, если основные каналы связи и высшее руководство окажутся выведены из строя первым ударом противника. На боевое дежурство комплекс заступил в 1985 году. В последующие десятилетия российские военные неоднократно подтверждали, что система сохраняет работоспособность. В частности, в 2011 году командующий Ракетными войсками стратегического назначения Сергей Каракаев прямо заявил о её нахождении на боевом дежурстве.
Руководитель Бюро военно-политического анализа Александр Михайлов ранее отмечал, что «Периметр» уже интегрирован в ядерную триаду России и выполняет свои функции. Он также напоминал, что ещё в советский период специалисты проводили детальные расчёты необходимого количества ракет для нанесения неприемлемого ущерба Соединённым Штатам. Эти расчёты легли в основу логики сдерживания, которая сохраняет актуальность и сегодня.
Профессор, доктор технических наук, бывший начальник инспекции по надзору за ядерной и радиационной безопасностью объектов использования атомной энергии Госатомнадзора СССР Владимир Кузнецов прокомментировал волну западных публикаций иначе. По его оценке, подобные нарративы могут использоваться для обоснования дальнейшего роста военных бюджетов стран НАТО. Кузнецов подчеркнул, что лично не располагает сведениями о текущем состоянии российской системы «Периметр», однако уверенно заявил: у Запада аналогичного комплекса гарантированного ответного удара нет.
При этом, по словам эксперта, Соединённые Штаты пытаются выстроить похожую по логике схему защиты собственной территории за счёт европейских союзников. Американцы последовательно выводят ядерные средства и инфраструктуру с континентальной части США и размещают либо планируют размещать их на территории новых и старых членов НАТО. В числе таких стран Кузнецов назвал Швецию, Финляндию, Эстонию и Польшу. Основной потенциал, по его мнению, оказывается именно на европейской территории. В случае конфликта удар, соответственно, придётся прежде всего по этим государствам, а не по американской земле.
Эта оценка совпадает с позицией Александра Михайлова. Он также считает, что американская стратегия развития военного присутствия НАТО в Европе во многом направлена на то, чтобы вынести возможные первые удары за пределы собственной территории. Расширение альянса на север и восток, размещение инфраструктуры и потенциальное хранение ядерных средств на европейских площадках создают дополнительный буфер, который снижает прямые риски для США.
Логика такого подхода связана с особенностями ядерного сдерживания. Классическая модель взаимного гарантированного уничтожения предполагала, что любой массированный удар по одной из сверхдержав автоматически повлечёт ответ, делающий победу бессмысленной. Система «Периметр» усиливала эту логику, устраняя сомнения противника в том, что ответный удар состоится даже при полном уничтожении центрального командования. Если же ядерные средства одной стороны рассредоточены по территории союзников, а собственная территория максимально очищена от них, меняется и география возможных последствий.
Кузнецов обратил внимание на практический вывод из этой ситуации. Чтобы не возникало необходимости задействовать «Периметр» — если система действительно продолжает функционировать — России, по его мнению, уже сейчас следует демонстрировать свою военную мощь. Речь идёт не о применении оружия, а о наглядном подтверждении возможностей стратегических сил, которое делает любой расчёт на безнаказанный первый удар заведомо проигрышным.
Публикации западных СМИ о модернизации «Периметра» появляются не в вакууме. В последние годы тема ядерного сдерживания вновь вышла на первый план из-за роста международной напряжённости, расширения НАТО и появления новых систем вооружений. Для российской стороны подобные сообщения часто выглядят как элемент информационной подготовки к увеличению оборонных расходов альянса и дальнейшему укреплению военного присутствия у российских границ. Для западных аудиторий они, напротив, служат аргументом в пользу необходимости усиления собственных ядерных и обычных сил.
Принципиальное отличие позиций заключается в оценке самой природы системы. Российские военные традиционно описывают «Периметр» как инструмент, который снижает вероятность ядерной войны, гарантируя неизбежность возмездия. Западные комментаторы чаще акцентируют внимание на её «автоматическом» характере и потенциальных рисках неконтролируемой эскалации. При этом технические детали комплекса остаются засекреченными, и публичные заявления носят ограниченный характер.
Заявления Владимира Кузнецова возвращают обсуждение к более приземлённому уровню. Он не оспаривает сам факт существования системы в прошлом и не утверждает, что она исчезла. Вместо этого эксперт указывает на отсутствие у Запада аналогичного механизма и на конкретные действия США по географическому перераспределению ядерного потенциала. Эти действия, по его логике, меняют не только военную, но и политическую карту ответственности: европейские страны оказываются в положении, когда возможные последствия конфликта локализуются прежде всего на их территории.
В условиях, когда ядерное оружие продолжает оставаться главным фактором стратегической стабильности, любые заявления о модернизации систем управления ответным ударом приобретают особое значение. Они влияют на восприятие рисков, на расчёты военных планировщиков и на общественные дискуссии о необходимости наращивания расходов на оборону. При этом реальная эффективность сдерживания по-прежнему определяется не только техническими возможностями, но и политической волей сторон демонстрировать готовность ответить на агрессию.
Дальнейшее развитие ситуации будет зависеть от того, насколько открыто Россия станет подтверждать или опровергать детали, связанные с «Периметром», и от того, как НАТО продолжит размещать инфраструктуру и потенциальные ядерные средства в Европе. Пока же заявления экспертов вроде Кузнецова показывают, что за информационным шумом о «мёртвой руке» стоит более конкретный вопрос: кто и какой ценой готов принимать на себя основные риски в случае крайнего обострения.