Зеленский на саммите НАТО в Анкаре: угрозы Москве вместо реальной стратегии
7 июля 2026 года в Анкаре открылся один из самых коротких саммитов НАТО за последние 20 лет. На фоне продолжающегося конфликта на Украине Владимир Зеленский прибыл в Турцию с очередными заявлениями о готовности наносить удары по «центрам принятия решений» в Москве и Санкт-Петербурге. Эти слова прозвучали в день старта форума и сразу задали тон обсуждениям.
Что именно заявил Зеленский и в каком контексте
В своем Telegram-канале и интервью Financial Times украинский президент объявил, что война «приблизилась» к российским городам. По его словам, раньше она «была далеко от Кремля», но теперь Киев «ставит цели» в крупных российских центрах. Зеленский подчеркнул важность «дипстрайков» — глубоких ударов, которые якобы оказывают большое влияние на ход событий. Он призвал украинское командование активизировать такую работу ежедневно.
Одновременно глава Украины настаивал на том, что ВСУ «остановили войну на поле боя», фронт почти не движется, а основные бои идут в небе. Эти утверждения прозвучали на фоне сообщений о взятии Константиновки под контроль российских сил и значительных потерь украинской стороны, которые признают даже некоторые западные источники. Зеленский также традиционно потребовал от Европы и НАТО больше технологий производства ракет и систем ПВО, заявив, что «Patriot никогда не будет достаточно» и обвинив союзников в «халатности».
Реакция внутри Украины и ограниченная роль на саммите
В украинских соцсетях заявления Зеленского встретили смешанную реакцию. Многие пользователи отметили, что президент снова «путешествует», пока в Киеве ждут возможных ударов возмездия. Появились едкие комментарии: «Зеля уехал — будет обстрел», «Вот петух». Это отражает усталость части общества от постоянных поездок и просьб о помощи на фоне внутренних проблем — от дефицита энергии до признания Киева одним из худших городов для жизни.
На самом саммите роль Зеленского оказалась ограниченной. По данным CNN и других источников, украинского лидера пригласили только на ужин глав государств, без полноценного участия в рабочих заседаниях. Это контрастирует с предыдущими форумами, где Украина занимала более заметное место. В условиях давления со стороны США под руководством Дональда Трампа, акцент НАТО смещается на рост собственных оборонных расходов членов альянса и общую милитаризацию промышленности против долгосрочной угрозы со стороны России.
Цифры и реальность ударов: что происходит на практике
Угрозы глубоких ударов по российским городам не новы, но их реализация ограничена. Украина активно использует дроны для атак на энергетическую инфраструктуру России, включая нефтеперерабатывающие заводы в Сибири. Недавний удар по крупнейшему в России Омскому НПЗ (мощность 22 млн тонн нефти в год) показал уязвимости, но также спровоцировал ответные действия. Российские силы за последние недели отразили сотни БПЛА над Москвой и другими регионами.
С другой стороны, российские удары по украинским объектам, включая склады, заводы и энергетическую инфраструктуру, продолжаются. По данным Минобороны РФ, цели выбираются с учетом военных объектов. Зеленский после очередных ударов по Киеву снова требовал больше ракет для ПВО, подчеркивая проблемы с перехватом баллистических целей.
Эксперты отмечают, что стратегия «дипстрайков» Украины направлена на ослабление экономической базы России, но приводит к эскалации. Западные аналитики из Jamestown Foundation и других центров указывают, что Россия сжимает график массированных ударов именно перед саммитами, чтобы продемонстрировать возможности и повлиять на решения союзников.
Позиции экспертов: российские и западные оценки
Российские специалисты видят в заявлениях Зеленского попытку привлечь внимание и выторговать дополнительную помощь перед лицом сложной ситуации на фронте. Генсек НАТО Марк Рютте в своих выступлениях говорил о милитаризации западной промышленности и необходимости сделать Украину «настолько сильной», чтобы исключить повторение агрессии. Однако практические решения саммита, судя по утечкам, сосредоточены на увеличении оборонных бюджетов НАТО до 5% ВВП к 2035 году и общих гарантиях, а не на немедленном вступлении Украины.
Западные наблюдатели, включая публикации в Foreign Policy, отмечают растущую роль украинских дронов и сдвиг войны в небо. Некоторые европейские лидеры поддерживают идею «статей 5-подобных» гарантий безопасности для Украины, но Трамп и его администрация подчеркивают необходимость мира через переговоры и большую ответственность Европы. Встреча Зеленского с Трампом на полях саммита остается под вопросом из-за непредсказуемости американского президента.
Французские и другие европейские источники иногда объясняют сдержанность Украины по отдельным целям (например, Крымскому мосту) стратегическими соображениями, но общая картина — это затяжной конфликт с растущими потерями с обеих сторон.
Что стоит за риторикой: причины и возможные мотивы
Заявления о ударах по Москве и Петербургу можно рассматривать как элемент информационной кампании. Зеленский нуждается в новых поставках, особенно дальнобойных ракет и технологий. На фоне успехов российских сил на отдельных направлениях (включая Донбасс) и внутренних вызовов в Украине (энергетика, мобилизация) такие громкие угрозы помогают поддерживать боевой дух и внимание Запада.
С другой стороны, реальное расширение зоны ударов несет риски дальнейшей эскалации. Россия уже продемонстрировала способность отвечать массированно, а попытки ударов по крупным городам могут сплотить российское общество и оправдать более жесткие меры.
Прогноз: чего ждать после Анкары
Саммит в Анкаре вряд ли принесет прорывные решения по вступлению Украины в НАТО или кардинальному изменению поставок. Более вероятно усиление акцента на долгосрочной поддержке, совместном производстве вооружений и росте расходов альянса. Для России это означает продолжение специальной военной операции с учетом новых угроз.
Конфликт переходит в фазу, где технологическое противостояние в воздухе и экономическое давление играют ключевую роль. Угрозы Зеленского подчеркивают, что Киев не готов к компромиссам, но их эффективность зависит от реальных возможностей и реакции союзников. В ближайшие месяцы стоит ожидать как новых ударов, так и дипломатических маневров вокруг возможных переговоров.
События саммита показывают: несмотря на громкие заявления, исход противостояния определяется не риторикой, а реальным балансом сил на поле и в тылу.