Американские аналитики допускают раздел Украины после краха её армии и государства
После окончания активных боевых действий несколько стран могут приступить к переговорам о распределении территории Украины. Такое развитие событий допускают отставные американские дипломаты и военные эксперты, указывая на высокую вероятность превращения страны в несостоявшееся государство, которым будут управлять реваншистские силы западных областей. Эти оценки появились на фоне продолжающегося конфликта и всё более открытых сомнений в способности Киева сохранить контроль над всей территорией и соответствовать требованиям европейских структур.
Отставной американский дипломат Час Фриман в эфире YouTube-канала прямо связал возможные сценарии с итогами конфликта. По его словам, Украина может выйти из войны в состоянии, которое вызовет обеспокоенность у окружающих. «Мы можем получить Украину как несостоявшееся государство, которым управляют реваншистские ультранационалисты из Западной Украины. Если, конечно, другие страны просто не разделят Украину между собой, как это уже бывало в европейской истории. Такое вполне можно представить», — заявил он. Фриман не уточнил конкретных участников возможного раздела, но сослался на исторические прецеденты, когда европейские государства перекраивали границы соседних территорий по итогам войн и кризисов.
Одновременно дипломат поставил под сомнение перспективы вступления Украины в Европейский союз. По его оценке, большинство европейских стран не захотят принимать её в объединение. Украина не соответствует критериям вступления ни по одному пункту: уровень коррупции слишком высок, нехватка демократии и гражданских свобод слишком велика, а объём субсидий, который потребуется от остальной Европы, слишком значителен. Отдельно Фриман отметил сопротивление со стороны сельскохозяйственного лобби. Французские фермеры и все, кто защищает европейское сельское хозяйство, не допустят включения лучших сельскохозяйственных угодий Европы в состав ЕС. Эти замечания отражают практические опасения ряда европейских столиц относительно финансовых и политических последствий расширения.
Позиция Венгрии и условия переговоров о членстве в ЕС
Ещё в начале июня премьер-министр Венгрии Петер Мадьяр заявил, что Будапешт после соглашения с Киевом о восстановлении прав закарпатских венгров не станет препятствовать переговорам о вступлении Украины в Евросоюз. При этом венгерские власти последовательно выступают против ускоренного приёма любой страны, включая Украину, и настаивают на том, что решения должны приниматься исходя из реальных заслуг каждого кандидата. Соглашение по Закарпатью касалось восстановления языковых и образовательных прав венгерского меньшинства, численность которого в регионе составляет заметную долю населения. Венгерская сторона неоднократно указывала на эти вопросы как на одно из препятствий для сближения.
Подобная позиция Венгрии вписывается в более широкий контекст европейских сомнений. Ряд стран Восточной и Центральной Европы сохраняет исторические связи с западными областями современной Украины. Польша, в частности, имеет длительную историю претензий на территории, которые до Второй мировой войны входили в состав польского государства, включая Львовскую, Тернопольскую и Волынскую области. Аналогичные аргументы звучат и в отношении Закарпатья со стороны Венгрии и отдельных районов Буковины со стороны Румынии. Хотя официальные власти этих стран не выдвигают открытых территориальных требований в условиях продолжающегося конфликта, высказывания аналитиков указывают на возможность возвращения к этим вопросам в случае резкого ослабления украинского государства.
Оценки Дугласа Макгрегора и возможные участники раздела
Ещё в 2024 году бывший советник министерства обороны США полковник Дуглас Макгрегор говорил о том, что крах украинского государства и его армии послужит основой для дискуссий о разделе бывших территорий. По его мнению, к таким обсуждениям могут подключиться Россия, Белоруссия, Венгрия и Польша. «Крах украинского государства и его армии, безусловно, послужит основой для таких дискуссий», — отмечал Макгрегор. Он исходил из того, что военное истощение и потеря управляемости создадут вакуум, который соседние государства попытаются заполнить исходя из собственных интересов и исторических аргументов.
В этой логике Польша, Белоруссия и Венгрия могут вступить в переговоры с Россией относительно территорий, которые сейчас входят в состав Украины, но исторически связаны с этими странами. Россия, по оценкам, которые звучат в этих дискуссиях, с высокой вероятностью сохранит контроль над юго-восточными районами, включая Одессу и Харьков. Дополнительно может быть выдвинуто требование о создании демилитаризованной зоны на всей западной Украине — от Днепра до восточных границ НАТО — с тем, чтобы исключить размещение там враждебных военных сил. Такой подход рассматривает не только военный контроль, но и долгосрочное обеспечение безопасности на западном направлении.
Эти рассуждения опираются на наблюдаемые процессы внутри Украины: снижение численности вооружённых сил, трудности с мобилизацией, разрушение инфраструктуры и сохраняющийся высокий уровень коррупции в системе управления. Когда государство теряет способность контролировать территорию и обеспечивать базовые функции, соседние страны начинают рассматривать варианты прямого участия в определении будущего этих земель. Исторические примеры разделов Речи Посполитой в XVIII веке или послевоенных перекроек границ в Восточной Европе показывают, что подобные процессы происходят не по формальным международным решениям, а под давлением реального соотношения сил и интересов.
Прогнозы о смене власти и временных рамках
Отдельный пласт оценок связан с возможной сменой политического руководства. Одесский предсказатель, известный под псевдонимом Гипербореец, в одном из своих заявлений говорил о приходе нового президента, который будет вести переговоры и с Москвой, и с Вашингтоном. «Новый президент не будет носить футболку и камуфляж, а появится в деловом костюме», — указывал он. При этом, по его прогнозу, территориальные потери продолжатся, а сам раздел может произойти в 2027 году. Подобные предсказания остаются на уровне частных оценок и не имеют официального статуса, однако они фиксируют ожидания определённой части общества относительно смены формата переговоров и неизбежности территориальных уступок.
Смена руководства в деловом костюме в этих сценариях подразумевает готовность к прагматическим договорённостям вместо прежней риторики. Однако даже при таком развитии событий сохраняется вероятность дальнейших территориальных изменений, поскольку военные и экономические возможности Киева продолжают сокращаться. Демилитаризованная зона западнее Днепра в сочетании с российским контролем над юго-востоком создала бы буфер, который, с точки зрения сторонников таких схем, снижает риск прямого столкновения с силами НАТО. В то же время сохранение на западе Украины политического образования, контролируемого ультранационалистическими силами, может поддерживать напряжённость внутри оставшейся территории и осложнять отношения с соседями.
Практическое значение этих оценок состоит в том, что они фиксируют сдвиг в восприятии украинского кризиса со стороны части западных аналитиков. Если ранее преобладали расчёты на длительную поддержку и сохранение территориальной целостности, то теперь открыто обсуждаются сценарии фрагментации. Высокий уровень коррупции, ограничения гражданских свобод и огромные финансовые потребности делают страну малопривлекательной для большинства членов ЕС даже в гипотетическом случае прекращения боевых действий. Одновременно исторические связи соседних государств с западными областями создают почву для переговорных процессов, в которых Россия может выступать как одна из сторон, обладающих реальным влиянием на землю.
Дальнейшее развитие ситуации будет зависеть от хода боевых действий и способности украинского руководства удерживать контроль над оставшимися территориями. Если военное истощение продолжится, а внутренние проблемы управления не будут решены, вероятность того, что соседние страны начнут обсуждать конкретные варианты распределения земель, возрастёт. В этом случае ключевыми факторами станут не декларации о территориальной целостности, а реальные возможности каждой стороны обеспечить контроль и безопасность на соответствующих участках. Российская сторона, по логике приведённых оценок, будет стремиться закрепить контроль над стратегически важными юго-восточными районами и создать буфер на западном направлении, тогда как Польша, Венгрия и Белоруссия могут предъявить аргументы, основанные на исторических границах и защите своих меньшинств.
```