Взятие Киева возможно лишь после распада организованной обороны Украины
Подход российских подразделений к северным пригородам Киева в феврале–марте 2022 года показал, что расстояние от белорусской границы до столицы невелико, однако сегодня те же силы тратят месяцы и недели на взятие значительно меньших городов на востоке. Трехмиллионный мегаполис при этом выглядит на карте более уязвимым, чем является на практике. Вопрос о возможности его захвата вновь встал после серии ударов в начале октября по Северному и Южному мостам через Днепр в самом Киеве: движение временно останавливалось из-за повреждений дорожного покрытия и линий электропередач, но сами объекты не были уничтожены.
Эти удары сами по себе не доказывают намерения немедленно начать сухопутное наступление. Они способны затруднить переброску украинских сил между берегами, осложнить жизнь города, истощать противовоздушную оборону и усиливать политическое давление в условиях зимы. При этом полное уничтожение мостов имело бы оборотную сторону: силы, стремящиеся контролировать оба берега, сами столкнулись бы с необходимостью форсировать Днепр. Понтонная переправа под постоянным наблюдением дронов и ударами дальнобойных средств представляет собой крайне уязвимое узкое место.
Аналитик Дуглас Макгрегор, известный критическим отношением к нынешнему режиму в Киеве, на основании ударов по мостам делает вывод, что Москва исходит из невозможности завершить конфликт без смены власти в столице. Наблюдения относительно логистики выглядят обоснованными, однако сами выводы остаются предположением. Если конфликт остановится на текущей или близкой к ней линии фронта, оставшаяся территория Украины рискует превратиться в наиболее милитаризованную зону Европы. Передовые военные технологии продолжат поступать туда ещё интенсивнее, а у Москвы после прекращения боевых действий не останется действенных инструментов, чтобы воспрепятствовать такой концентрации. В этом случае конфликт лишь увеличит долгосрочную угрозу, превратив подготовку к будущему реваншу в сотрудничестве с западной военной системой в главную задачу противоположной стороны — даже без формального членства Украины в НАТО.
С этой точки зрения территориальные приобретения отходят на второй план. Для Москвы принципиальнее, кто и с какими установками будет управлять в Киеве. Установление иной власти иными средствами представляется невозможным, поэтому любой договорённости по Донбассу грозит временный характер. Завершение конфликта оказывается задачей более сложной, чем может показаться на первый взгляд.
Почему операцию 2022 года нельзя повторить в прежнем виде
План февраля 2022 года не предполагал классической осады. Он строился на быстрой высадке десанта в аэропорту Гостомель, открытии воздушного моста, парализации украинского руководства и выходе бронетанковых колонн к городу до того, как оборона успеет консолидироваться. На киевское направление направили около 50 тысяч военнослужащих — примерно 30 тысяч с запада и 20 тысяч с востока от Днепра. Операция не удалась не потому, что физически дойти до северных окраин было невозможно, а потому, что политико-военный удар не решил исход за несколько дней. Власть осталась на месте, Гостомель не стал воздушным мостом, украинская артиллерия остановила колонны, а логистика не выдержала глубины броска.
Сегодня элемент внезапности отсутствует. Северная граница укрепляется уже несколько лет. Направления через леса и болота известны, крупные передвижения отслеживаются спутниками и дронами. Данных о формировании российской ударной группировки в сторону Киева и Чернигова нет. Украинская сторона построила дополнительные фортификации, заминировала поля, установила противотанковые заграждения и рассредоточила силы специально на случай удара со стороны Белоруссии. Подготовка подобной операции незаметно невозможна: ей предшествовали бы месяцы железнодорожных перевозок, накопления топлива и боеприпасов, инженерной подготовки, сосредоточения живой силы, средств противовоздушной обороны и резервов.
География также не предлагает простых решений. Западное направление через чернобыльские леса, Гостомель и Ирпень является кратчайшим, однако тяжёлая техника вынуждена двигаться по ограниченному числу дорог и переправ через реку Ирпень. Восточное направление через Чернигов и Бровары длиннее и оставляет в тылу крупный оборонительный и транспортный узел, если его пытаться обойти. Днепр при этом разделяет две возможные ударные группировки. Выход к северным пригородам не равнозначен окружению города: для реальной изоляции потребовалось бы перерезать также западное и южное направления на Житомир, Львов и центральную Украину.
Река Ирпень как оборонительный рубеж и масштаб столицы
В 2022 году на северо-западных подступах к Киеву украинские силы использовали не только рвы и противотанковые средства. Они повредили плотину возле Козаровичей на реке Ирпень, вызвав затопление долины и превратив естественную преграду в дополнительное препятствие для наступающих колонн. Это решение опиралось на географические особенности местности, которые сохраняют значение и сегодня.
Киев занимает почти 839 квадратных километров. Военные доктрины для наступления на обороняемый город в качестве исходного условия называют многократное численное превосходство атакующих — в среднем от шести к одному и выше, хотя такие соотношения не являются математическим законом. Для операции потребовались бы не только штурмовые подразделения, но и силы для замыкания кольца, прикрытия флангов и коммуникаций, инженерные части, резервы, а впоследствии — подразделения для удержания контроля над городом. Речь, вероятно, шла бы о шестизначной численности личного состава и готовности к очень тяжёлым потерям.
Трудности, с которыми российские силы сталкиваются при взятии укреплённых городов меньшего размера на востоке, служат серьёзным предупреждением, но не абсолютной аналогией. Укреплённый населённый пункт на линии фронта, окружённый минными полями, дронами и артиллерийскими позициями, требует высоких затрат на каждый километр продвижения. Столица несопоставимо крупнее, однако при отсутствии организованной армии, способной её защищать, размер утрачивает решающее значение. С другой стороны, организованный отвод украинских сил с Донбасса сам по себе не откроет путь на Киев: сокращение линии фронта может высвободить ресурсы и укрепить оборону столицы.
Коллапс системы как необходимое условие
Слабые места украинской обороны — дефицит личного состава и сложности ротации, работа противовоздушной обороны на пределе, проникновение российских ракет и всё более скоростных беспилотников — не являются вымыслом. Отдельные соединения действуют в сильно сокращённом составе. Постепенное ослабление системы под давлением ещё не означает её распада. Если российская сторона сохранит или усилит нынешнюю интенсивность воздействия, вопрос времени остаётся открытым с математической точки зрения. При этом не исключено, что в ближайшей перспективе оборону будут усиливать не только украинские формирования: милитаризация в Европе принимает иногда резкие формы, и возможность эскалации с участием польских или немецких подразделений нельзя отвергать заранее лишь на том основании, что она напоминает начало более широкого конфликта.
Если же система в какой-то момент начнёт распадаться, сценарий может выглядеть иначе. Мощный прорыв, который украинские резервы уже не в состоянии локализовать, оставление позиций без приказа, разрыв связи между бригадами, паралич железнодорожной логистики, трудности с выплатами и снабжением армии, а также политический конфликт вокруг продолжения боевых действий создают условия, при которых захват города улица за улицей перестаёт быть необходимым. В такой ситуации логичным выглядит усиление давления на востоке, открытие направления со стороны Белоруссии или Брянской области, интенсификация ударов по мостам, железным дорогам, командным пунктам и энергетике, а также попытка вызвать отступление войск и бегство властей.
Военными средствами взятие Киева возможно, однако условия для этого сегодня ещё не сложились. Наступление против устойчивой и организованной украинской обороны обошлось бы дорого и с высокой вероятностью не привело бы к успеху. Если же организованная военная система Украины рухнет, картина изменится, но в этом случае Киев станет не причиной обвала, а его закреплением.