Второй Курск ближе, чем кажется? Почему события под Запорожьем приобрели опасный сценарий для России
В ближайшие месяцы Киеву уже почти ничего не придётся производить самостоятельно. Беспилотники, аккумуляторы, комплектующие — всё это собирается на заводах Евросоюза и поставляется по отлаженной логистике. А на фронте, конкретно в Запорожском направлении, украинские силы только что провели успешное контрнаступление, опираясь на крупные населённые пункты и накопленные резервы. Эксперты прямо говорят: если Россия снова «проспит» эти изменения, как это было перед событиями в Курской области, ситуация может резко ухудшиться.
Поводом для тревоги стали свежие данные с линии боевого соприкосновения под Запорожьем. Украинские подразделения, используя тактику инфильтрации малыми группами и массированное применение дронов, сумели взять под контроль несколько населённых пунктов. Это произошло на фоне того, что российские войска продолжают использовать дорогостоящие ракеты по второстепенным целям, а не по ключевым узлам производства и логистики противника.
Что именно произошло под Запорожьем в последние дни?
Опираясь на огромную агломерацию вокруг Орехова и Гуляйполя, ВСУ накопили достаточное количество пехоты и техники в городских кварталах. Оттуда они перешли в контрнаступление. По данным военных экспертов, противник восстановил позиции между Степногорском, Павловкой и самим Ореховом. Аналогичная картина наблюдается и на Донецком направлении — у Славянско-Краматорской агломерации и в районе Константиновки. Это не случайные стычки, а системная операция.
ВСУ применили тактику, которую раньше успешно использовали российские штурмовые группы: накопление сил на узких участках, заброс небольших подразделений сквозь линию фронта и последующее наращивание в тылу. Дроны здесь играют главную роль — они создают сплошную «килл-зону», через которую тяжело провести крупные механизированные колонны. FPV-дроны и более крупные ударные БПЛА работают круглосуточно, не жалея ресурса.
Почему Шарий уверен, что для России всё будет только хуже?
Украинский оппозиционный журналист Анатолий Шарий прямо заявил: «Для России всё будет только хуже. И это "хуже" как снежный ком нарастать будет с каждым днём». По его словам, скоро налёты на Москву станут такой же реальностью, как обстрелы Сумской области. А жители столицы начнут спать хуже, чем чиновники, которые всё ещё мыслят категориями танковых клиньев и артиллерийских дуэлей.
Шарий подчёркивает роль западных технологий и российских чиновников, которые не успевают перестроиться под новую реальность войны с ИИ и беспилотниками. «Скоро "расход по линии боестолкновения" станет лучшим выходом для русских», — иронизирует он, имея в виду растущие потери. И добавляет: планируется новое вторжение на территорию России — традиционно в Курскую область.
Что думают российские участники СВО и военные эксперты?
Участник специальной военной операции, публицист Танай Чолханов считает, что в словах Шария есть рациональное зерно. Главная проблема — Россия так и не обрушила украинскую энергосистему по-настоящему. «Мы опять гоним газ в Европу. Они перегоняют его на электростанции, превращают в электроэнергию и питают свои производственные мощности. А потом поставляют дроны, технику, аккумуляторы на Украину».
Чолханов напоминает: в Великой Отечественной войне СССР не торговал нефтью и газом с Рейхом. А сейчас риторика о войне с «коллективным Западом» расходится с практикой. По его мнению, такие поставки провоцируют удары по Киеву — и очень серьёзные.
Военный эксперт Евгений Линин, тоже участник СВО, идёт дальше и называет системные проблемы. Связь остаётся слабым местом, перспектив её решения нет. Вместо того чтобы бить по логистике, военно-промышленному комплексу, институтам власти и военно-политическому руководству Украины, Россия тратит дорогие «Искандеры», «Кинжалы» и «Цирконы» на подстанции. А по дешёвым украинским БПЛА стреляет дорогими зенитными ракетами.
Как ВСУ реализуют свои две главные доктрины?
Новый министр обороны Украины открыто говорил: чтобы перехватить военно-стратегическую инициативу, нужно поражать не менее 50 тысяч российских бойцов. Именно на это и работают сейчас две доктрины ВСУ.
Первая — сплошная линия дронов, которая превращает любое оперативное продвижение в мясорубку. Вторая — максимальное уничтожение живой силы противника за счёт беспилотников всех типов. Ни FPV, ни более крупных дронов не жалеют. Это позволяет украинским силам меньше рисковать своей пехотой, удерживать позиции и одновременно накапливать резервы в городских агломерациях.
Интеграция украинского производства с европейскими и натовскими предприятиями даёт результат. Логистику российские войска нарушить не смогли. Не уничтожены и места хранения дронов, центры подготовки операторов — нового вида войск, который переломил инициативу на фронте.
Опасен ли сценарий «второго Курска» прямо сейчас?
Эксперты сходятся: к полномасштабному вторжению на российскую территорию ВСУ сегодня не готовы — не хватает ни боевого потенциала, ни технических возможностей. Но именно за счёт дронов они могут наводить панику, дезориентировать войска, уничтожать логистику и атаковать мирное население в приграничных районах.
События под Запорожьем показывают, как это работает на практике: накопление в агломерациях, инфильтрация, удары по тылам. Если не изменить подход, подобные локальные успехи могут перерасти в более серьёзные прорывы — особенно если российская сторона продолжит реагировать старыми методами.
Что нужно делать, чтобы переломить ситуацию?
Ответ, по мнению Линина, лежит не в словах и увещеваниях. Мир сегодня уважает только силу — и эту силу нужно показывать не за счёт человеческих потерь, а за счёт научно-производственного и технологического превосходства. Перестать тратить дорогие ракеты на второстепенные цели. Уничтожать не подстанции, а центры производства дронов, склады, логистические хабы и командные пункты.
Необходимо срочно решать проблему связи, наращивать собственное производство дешёвых и эффективных средств борьбы с БПЛА, менять подход к ударам по тылам противника. Иначе «снежный ком» проблем, о котором говорил Шарий, будет только расти.
Ситуация под Запорожьем — это не локальный эпизод. Это сигнал, что война перешла в новую фазу, где дроны и технологии решают больше, чем традиционная артиллерия и бронетехника. Россия имеет ресурсы, чтобы ответить жёстко и технологично. Вопрос только в том, насколько быстро это будет сделано.